Художник-постановщик, дизайнер, создательница паблик-арт-объектов, сценограф Татьяна Луданик создала не только костюмы, но и сценографию для спектакля «Явь» Анны Щеклеиной, который будет представлен на фестивале современной хореографии Дианы Вишневой Context.Diana Vishneva 23, 24 и 25 ноября в ЦСИ Винзавод, Цех Белого.

ELLE встретился с Татьяной во время репетиций спектакля и поговорил о том, как создаются костюмы для современного балета, что вдохновляет дизайнера и для кого костюм важнее — для зрителя или актера?

Художник-постановщик Татьяна Луданик: «Костюм — это всегда персонаж спектакля»
Татьяна Луданик

ELLE Как создавались костюмы для спектакля «Явь»? В чем была их особенность и сложность?

ТАТЬЯНА ЛУДАНИК Один из визуальных принципов, которые мы используем, — это слои. Эти слои выражаются по-разному, будь это образ тени или условного женского платья; это такие трансформирующие материи, которые множат новые сущности и создают поворотные точки в спектакле. Если говорить о костюме танцовщиков, то таким слоем здесь становится гендер, от которого они избавляются в течение действия.

И если в самом начале это костюм с подчеркнутыми гендерными различиями, то ближе к концу этот образ приближается к бесполому, андрогенному и обнаженному существу, в котором все эти различия стерты и не имеют значения. Мы говорим об общечеловеческой сущности, в которой само понятие гендера уходит на второй план. Поэтому в работе с костюмом было важно использовать принцип слоенности, который бы создавал ощущение, как будто наши персонажи избавляются от кожного покрова, уходя от очень явного образа к потайным, скрытым и теневым своим сторонам. Чтобы это подчеркнуть, я использую фактуру тонкой кожи и палитру максимально телесных и естественных оттенков.

Эскизы к костюмам

Что важно при создании костюма для современного балета?

Особенность работы с хореографией — безусловно, движение. Материал здесь, как танцовщик, выражается в своей способности двигаться и раскрываться в интересном движении. Поэтому при создании костюма здесь важно не только безусловно учитывать сам образ, фасон и цвет, но и свойства ткани: как она ведет себя в движении, какой создается рисунок, насколько она легкая, плотная, скользкая, как держит форму или не держит вовсе — все это имеет значение.

Особенно в этой постановке мы не столько работаем, скажем, с женским платьем как элементом костюма, сколько вырисовываем через него живого персонажа. Платье здесь — это материя, которая постоянно трансформирует телесное и обращает телесность к духу, она постоянно изменяется через взаимодействие с танцовщиками на протяжении всего спектакля.

Это не первый ваш опыт работы с танцевальными постановками. Чем вы вдохновлялись? Как придумывали костюм? Сначала читали сценарий, слушали музыку?

Для меня постановка — это единая экосистема, в которой все соподчинено друг другу, и очень важно сохранить единство этого организма на протяжении всего спектакля: от звука, движения до пространства и образа — тогда и происходит мэджик. Сонастройка и диалог команды мне кажутся одними из ключевых моментов в работе. Очень рада, что этот диалог с Аней и ребятами у нас случился. Поэтому, если говорить о художественной части, я не выделяю отдельно только костюмы или только сценографию, это абсолютно взаимосвязанный единый мир с порожденными в нем сущностями. Ну то есть нельзя придумать отдельно декорации и отдельно костюмы — для меня это неживой театр, бутафория, искусственные украшательства. Мир создается в единстве и диалоге.

Художник-постановщик Татьяна Луданик: «Костюм — это всегда персонаж спектакля»

Репетиция спектакля «Явь»

Влияют ли модные тренды на современный театральный костюм?

Меня вдохновляет тренд на коллаборации с Домами высокой моды. Высокая мода и современная хореография в последнее время тесно переплетаются. В тренд входят очень высокие требования к качеству костюма, к использованию высоких технологий производства (например, бесшовность костюма и белья), особой технологии по изготовлению ткани. Могу бесконечно любоваться работой Дома моды Dior в коллаборации с Maria Grazia Chiuri для костюмов Шарон Эяль (в особенности для спектаклей Сhapter 3:The Brutal Jorney of the Heart’, SAABA) или работами известного нидерландского модельера Айрис ван Херпен, которая создает свои скульптурные костюмы при помощи 3D-технологий и коллаборирует с известными хореографами, в том числе с легендарной Сашей Вальц. Этот список очень длинный, я постоянно слежу за новыми коллекциями и показами, которые с каждым годом все больше превращаются в настоящие театральные зрелища и перформансы. Как фэшн входит на театральную сцену, так и театр становится частью качественного показа сегодня.

Художник-постановщик Татьяна Луданик: «Костюм — это всегда персонаж спектакля»
Фото
Алексей Максимов

Какой самый сложный или необычный костюм вам приходилось создавать?

Стилистически я создаю очень разные костюмы. Костюм для меня — это в первую очередь персонаж, у которого есть свой собственный характер, уникальный язык, жест. Чаще всего я разрабатываю именно некоторую сущность, а затем продумываю его поведенческий паттерн. Но здесь мы заходим на территорию перформанса. Если же говорить о театральном костюме, то и здесь костюм — это не столько про красивость, сколько про передачу характера. Ведь наша одежда — это и есть отражение нас, наших привычек, образа жизни, наших предпочтений.

Костюмы я делала разные, среди них были даже с поддувом («Тучные дамы» для боди-позитив перформанса) или полностью «задутые блестками», от прически до кончика каблука с закрытыми лицами (‘The Bright Ladies’). Наверное, один из самых запоминаемых — это костюм для перформанса, посвященного 100-летию школы Баухаус, образ для которого был вдохновлен работами моего любимого художника этого направления — Оскара Шлеммера. Часть костюма была решена гримом и создавала иллюзию ткани, но на самом деле вместо длинной перчатки была полностью загримированная рука актрисы от плеча до кончиков пальцев, и только вблизи было понятно, что это живое тело.

Художник-постановщик Татьяна Луданик: «Костюм — это всегда персонаж спектакля»
Фото
Алексей Максимов

Как ваша профессия сказывается на вашем личном гардеробе? В нем много театрального или аскетичного?

Вот, посмотрите на меня — я вся в черном, черные брюки, рубашка. Мне нравится черный, могу в нем ходить месяцами. Он вас ни от чего не отвлекает и не отвлекает от вас. Он может вас выделить, а может и спрятать.

Известно, что на сцене ярче блестят фальшивые, а не настоящие бриллианты. То есть театральный костюм — это про обман, фейк, бутафорность. Вы согласны с таким подходом?

Мне кажется, современный театр пытается максимально убрать барьер между сценой и зрителем, сделать его более иммерсивным, поэтому сегодня важнее натуральность, правдивость, а не чтобы блеск бриллиантов было видно даже на галерке. Бутафорность в театре — это не мое, мне нравится естественность. Танцоры работают с энергией, и костюм должен быть их органичным продолжением. Костюм — это про проживание.

Художник-постановщик Татьяна Луданик: «Костюм — это всегда персонаж спектакля»
Кадры из спектакля «Явь»
Фото
Алексей Максимов

Для кого в первую очередь нужен костюм в театре  — для зрителя или для артиста? Изменится ли восприятие спектакля, если танцоры просто выйдут и станцуют в черных трико? 

Костюм в театре — это часть единого целого, это в первую очередь характер. И если он отвечает своим задачам, отражает заложенный в действии образ и задумку, то да, танцовщики могут выйти и в черном трико и без костюма в принципе. Обнаженное тело — это тоже костюм, это может быть частью концепции спектакля.

В этом во многом разница между фэшн- и театральными дизайнерами.

* Спектакли будут показаны в Москве и Санкт-Петербурге, а образовательная и кинопрограмма пройдут в 10 городах.