Греческий миф о Медее, «заплатившей за любовь слишком большую цену», — классика не только школьной программы, но и мирового кинематографа. Сюжет про предателя Ясона и обезумевшую Медею многие видели/читали, пусть и в кратком содержании. Но экранизация Александра Зельдовича — величайшего мыслителя, выдающего фильмы раз в десятилетку, — стоит особняком. Его Медея мигрирует в Израиль и эпизодически, как в чистилище, появляется в России. Почти ни у кого из героев, за исключением Леши (Евгений Цыганов), нет имени. В титрах так и значится: брат, террорист, часовщик… Нет его и у главной героини (Тинатин Далакишвили), от чьего лица и ведется повествование. В этой ленте она, пожалуй, единственная, кто не уходит от прямых и таких важных ответов. «Зачем ты это сделала?» Вопросы, вопросы, вопросы… Они постоянно провисают в воздухе. Сами любовники, монахиня, террорист… Все от ответов бегут.

Зарисовка с премьеры. В зале у одного видного деятеля культуры спросили, имеет ли он отношение к этой ленте. На что тот ответил: «К своему глубокому сожалению, нет». 

Евгений Цыганов и Юлия Снигирь — гости премьеры «Медеи». Без сомнения, главного фильма о любви этого года

Вы можете посмотреть фильм с закрытыми глазами — и впадете в такое же глубокое состояние задумчивости от странненькой музыки в исполнении Musicaeterna Теодора Курентзиса. Или, наоборот, можете отключить звук — и утонете в невероятно красивой картинке. Одно фарфоровое и угловатое тело героини, покрытое татуировками, так и будет стоять перед глазами. Каждый кадр — от гигантской «песочницы» до тонущего в замерзшем пруду «гелика» — заставляет тебя тонуть и налипает на лицо с пылью. «Кто любил, тот поймет», — сказал Зельдович, лично представляя «Медею» со сцены «Художественного». И после последних титров тебе почему-то кажется, что сам ты, как и Леша, не любил никогда. 

+5