Яроль Пупо: «Мне нравится быть пятидесятилетним, это классное ощущение!»

Бойфренд Каролин де Мегрэ выглядит как крутой рок-н-ролльщик с лихим прошлым. Первое впечатление не так обманчиво: Яроль Пупо и на самом деле крутой рок-н-ролльщик — с громким настоящим и беспечным будущим

Яроль Пупо вырос в семье кинопродюсера Шанталь Пупо, в атмосфере музыки, талантов и роскошных интерьеров Латинского квартала Парижа (его брат Мельвиль, кстати, стал актером и почти любимцем Франсуа Озона). Активно проводил детский досуг в доме режиссера и актрисы Маргерит Дюрас, там же впервые состоялся его тет-а-тет с гитарой.

Яроль Пупо: «Мне нравится быть пятидесятилетним, это классное ощущение!» (фото 1)
Фото
Fabien Dumas

В 12 лет Яроль купил свой первый инструмент, в девятнадцать встретил будущий состав группы Fédération française de fonck. Много гастролировал и отрывался, пока однажды не стал по-настоящему крутым парнем. Безусловно, это обстоятельство приблизило его встречу с Каролин де Мегрэ и, возможно, предопределило ее счастливый исход. Если даже в телефонной трубке его голос звучит обезоруживающе обаятельно, представляете, что происходит с нейромедиаторами во время его лайвов?

ELLE Как вы познакомились с ­Каролин?

ЯРОЛЬ ПУПО Мы встретились на моем концерте в одном маленьком парижском клубе, лет пятнадцать назад. Ее привел наш общий друг. Я увидел Каролин со сцены — она вообще-то довольно высокая, поэтому ее голова заметно выделялась из толпы. Я еще подумал: «Вау! Кто это?» После выступления мы познакомились, и я понял, что она точно «та самая». В тот момент я был помолвлен, поэтому поначалу это были дружеские отношения — мы встречались, обсуждали музыку и все такое... Плюс это был переломный момент в моей карьере: наша первая группа Fédération française de fonck, FFF, распалась, пришло время пробовать что-то новое. Оказалось, что мы оба давно хотели запустить звукозаписывающий лейбл. Мы начали над этим работать, и прошло какое-то время, прежде чем мы стали ходить на свидания и целоваться, но через несколько месяцев, собственно, это и случилось. Лейбл, кстати, существует до сих пор, но я понял, что мое место не в офисе, а на сцене.

Что самое крутое в сценическом ­выступлении?

Это лучший наркотик. Когда все сходится, ты даже не понимаешь, что происходит, — чувствуешь себя как в тумане, что-то сверхъестественное. Так классно, что даже сложно описать. Это нужно попробовать! Серьезно! Соберите свою группу и выступите как-нибудь.

Как вы с Каролин вписаны в творческие циклы друг друга?

Мы обмениваемся своими работами время от времени, но не слишком часто. Например, если я пишу песню и не уверен в результате, то зову Каролин и спрашиваю, что она об этом думает. Потому что, когда ты проводишь три недели над одним треком, ты просто перестаешь понимать — хорошо получилось или не очень. Но если консультироваться с кем-то на каждом этапе, ничего не выйдет — слишком много сомнений.

Вы выпустили дебютный сольный альбом Yarol, когда вам исполнилось 50 лет. Повлияла ли на ваше восприятие возраста и карьеры книга Каролин Older, but Better, but Older?

Это отличная книга о взрослении, в ней все правда. Но я почти не задумываюсь о таких вещах, если честно. Не то чтобы я отрицал свой возраст — мне просто нравится быть пятидесятилетним, это классное ощущение! Пока ты создаешь, пока у тебя есть что предложить миру, пока ты можешь бросить себе вызов, пока ты продолжаешь искать — ты молод. В противном случае ты — старик, даже если тебе двадцать.

Какой период своей биографии вы могли бы назвать «диким»?

Думаю, он еще впереди. Ну и, конечно, времена FFF. Когда тебе 20+ и ты впервые едешь в турне, то сходишь с ума. Это нормально, нужно быть крейзи!

Вспомните какую-нибудь крутую историю?

Не-а. Рок-н-ролльные истории должны быть такими, чтобы их невозможно было вспомнить. В этом и фишка.

У вас есть выдающаяся коллекция винила. С какой пластинкой вас связывают особые отношения?

Наверное, есть одна пластинка, первая часть Chuck Berry’s Golden Decade. Это мое первое приобретение. Я купил ее, когда мне было лет двенадцать: на чехле до сих пор выведено мое имя детским подчерком.

Яроль Пупо: «Мне нравится быть пятидесятилетним, это классное ощущение!» (фото 3)
Фото
Fabien Dumas

У меня к этому альбому сентиментальная привязанность, но в целом я не коллекционер. Никогда не куплю какой-нибудь экземпляр за 3 000 евро, только потому что он очень редкий и «оригинальный». Музыка должна быть живой.

Где вас можно найти этой весной? Будете играть где-нибудь?

Мы только завершили большое турне в декабре, поэтому я пока зависаю в своей студии и работаю. Нужно найти новые песни. Кстати, я приезжал в Россию несколько раз, еще с проектом Джонни Холлидея. Помню, мы даже играли в Кремлевском дворце.

Мне всегда казалось, что Кремлевский дворец — немного странная площадка для рок-концертов. Вы отжигаете на сцене, а зрители просто сидят и ­смотрят...

Да, было правда ужасно странно! Но мне очень понравилась атмосфера города в целом, этот особый вайб. Гулять по Тверской, кататься по Москве-реке и все в этом духе. Кайф!

Вы успели найти «свое» место на карте мира?

Ну, во-первых, Париж, потому что я настоящий парижанин. И еще обожаю наш загородный дом — это что-то вне времени. Ты просто приезжаешь туда и тотально расслабляешься. Есть пара мест в Таиланде — такие крошечные острова вдали от всего. Мне вообще нравится сама идея постоянного движения. Дорожные путешествия какие-нибудь — берешь машину, едешь непонятно куда... А! И еще лучшее место для перезагрузки и вдохновения — Киншаса. У этих людей столько энергии! Понятно, что там куча разных проблем, но для них искусство — это способ выживания. Они не позеры, у них все по-настоящему.

Что вас сейчас беспокоит?

Меня пугает то, что сейчас происходит с социальными сетями и медиа. Все ими одержимы. А мне нравятся настоящие люди. Не люблю, когда притворяются.

А что восхищает?

Природа! И фотография.

Можно где-то увидеть ваши снимки?

Нигде. Мы с Каролин в основном собираем фотобуки. Мне очень нравится Дайдо Морияма и Дон Маккалин. Вообще больше люблю репортажную фотографию, живые снимки.

А guilty pleasure у вас есть?

Зачем стыдиться того, что приносит тебе удовольствие? Мне, например, нравится несколько групп — десять лет назад все надо мной смеялись и говорили, что я слушаю какой-то отстой. Это было что-то вроде guilty pleasure. Но сейчас те же люди приходят ко мне и говорят: «Блин, чувак, ты слышал этих ребят? Они такие крутые!» Ну и какой смысл себя стесняться?