Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Вячеслав Полунин: «Я не строю себе бомбоубежищ — я строю воздушные замки»

Знаменитый клоун, президент Академии дураков и создатель «сНежного шоу» рассказал о своем новом спектакле, любви к Джеки Чану и мыслях о будущем

Вячеслав Полунин: «Я не строю себе бомбоубежищ — я строю воздушные замки» (фото 0)

В конце октября Вячеслав Полунин впервые представит московской публике свое новое шоу — «Снежную симфонию». Постановка создана им в паре с Гидоном Кремером, титулованным скрипачом и дирижером, обладателем «Грэмми» и еще пары десятков престижных музыкальных наград. Шоу будут показывать в Московском дворце молодежи в течение семи дней — билетов уже почти не осталось, и это свидетельство очередного успеха Полунина. Впрочем, по-другому и быть не могло: в России зрители любят его давно и крепко, равно как и во всем мире. Премьера нового шоу — отличный повод поговорить с мастером клоунады на самые серьезные темы, от его любимых книг до строительства воздушных замков.

ELLE Во время подготовки к интервью я подумал, что вы могли бы быть героем счастливой фантастической книги: все у вас удалось, все сложилось, и даже собственная «усадьба чудес» во Франции существует. Редкая по степени успешности жизнь. Отсюда литературный вопрос: какие книжные персонажи вам близки?

Вячеслав Полунин О, их очень много, даже сложно выбрать. Начать список могу почти с любого известного комического героя: солдата Швейка, Карлсона, Дон Кихота, который так любил бороться с мельницами. Был еще такой хороший человек, Козьма Прутков, он тоже мне всегда нравился. А из не комических героев могу назвать Маленького принца. Вообще, трудно сразу вспомнить все имена, но общее направление вы поняли, так что можете и сами дополнить мой список.

Продолжая литературную тему: к вам в «Желтую мельницу»(творческая лаборатория Вячеслава Полунина под Парижем — прим. ELLE) приезжают люди со всего мира, как на паломничество, а некоторые даже остаются там пожить на какое-то время. Все это напоминает быт одного из ваших любимых писателей, Льва Толстого: а вы, как и он, чувствуете свою ответственность перед людьми?

Ну, конечно, чувствую: например, у меня есть обязанность носить бороду и еще рубаху до колен. (Смеется.) А если серьезно, то да, я ощущаю ответственность: когда я что-то делаю, то порой невольно спрашиваю себя — а как это воспримут зрители, которые так доверяют мне? Однажды я вдруг понял (хоть и никогда не стремился к этому!), что существуют люди, которые соизмеряют собственные поступки с моими, потому что им близки принципы моего отношения к жизни — и они хотели бы поступать так же, как я. Не могу сказать, что мне от этого ощущения стало страшно, просто выработалась дополнительная строгость к себе. Скажем, как-то раз мне предложили огромную сумму денег за рекламу определенного товара, и я, когда сам его попробовал, понял, что это просто полная ерунда — после его рекламы мне больше бы никто и никогда не поверил. И, представляете, из-за своих принципов я тогда так и не смог получить целую кучу денег — было так жалко! (Смеется.)

Вячеслав Полунин: «Я не строю себе бомбоубежищ — я строю воздушные замки» (фото 4)

Я знаю, что у вас во Франции есть гигантская библиотека: можете рассказать, какие книги считаете ее главными экспонатами и что советуете к обязательному прочтению?

Во-первых, у меня не одна библиотека, а три — в Питере, Москве и Париже. То есть во всех местах, где я веду активную жизнь: они мне просто необходимы, чтобы быть «в силе» — дело в том, что когда я начинаю работать над новым проектом, то всегда собираю по этому вопросу огромное количество материалов и, конечно, книг. Так, кстати, не только с литературой — например, когда я увлекся мультфильмами, то собрал целую стену с записями лучшей анимации со всего мира.

Ну а текстов, которые я советую прочитать, очень много. Когда-то я даже выпустил такой список — «139 книг, которые должен прочитать каждый дурак». С тех пор перечень рекомендаций не уменьшился, а увеличился и уже подступает к двум сотням. Поэтому совсем скоро должна выйти моя книга, где о каждом своем любимом тексте я подробно рассказываю, почему он так важен.

Какие книги пополнили вашу коллекцию последними?

Даже не знаю, какие назвать; дело в том, что я только что купил две гигантских библиотеки, одну для Москвы, другую для Парижа, и там очень много всего. Раз в год я специально освобождаю время, чтобы сесть за компьютер и прочесать все книжные интернет-магазины — я выискиваю самые интересные новинки и заказываю их. Вот и сейчас, когда в конце октября я буду на гастролях в Москве, ко мне должна прийти огромная подборка книг.

К слову о вашем увлечении мультфильмами: вы ведь знаете, что один из главных современных мастеров анимации тоже имеет свою творческую лабораторию, как и вы, — правда, на другом конце света. Я говорю о Хаяо Миядзаки, конечно.

О! Миядзаки мой настоящий любимец. Когда я еду в Японию, а я там бываю примерно раз в два года, то всегда прошу продюсеров привести его на мое шоу. И, безусловно, в свое время я внимательнейшим образом ознакомился с его списком из 50 детских книг, которые должен прочитать каждый, а потом мигом проверил, все ли они есть в моих библиотеках — выяснилось, что есть.

К слову о любимцах: у меня есть еще один человек, которого я очень люблю, и он также живет в Азии — признаться, я обожаю Джеки Чана. Однажды, когда я ездил в Гонконг, я так организаторам и сказал: «Если вы приведете на мое шоу Джеки Чана, я снижу цену на свое выступление на 10%!»(Смеется.) В общем, я правда люблю и Миядзаки, и Джеки Чана и не пропускаю ничего, что связано с их творчеством.

Вячеслав Полунин: «Я не строю себе бомбоубежищ — я строю воздушные замки» (фото 8)

Возвращаясь к литературе: а что вы читаете своим внучкам?

Я очень трепетно отношусь к книгам, и, как только родились внучки, я тут же стал продумывать для них список литературы — для этого я прочесал все справочники, изучил все советы ученых экспертов и сам вспомнил все, что читал в детстве. В итоге получилась фантастическая библиотека, которой с удовольствием пользуются мои дети, чтобы выбирать из нее книги для внучек. Правда, сам я сейчас не могу им ничего читать — внучки недавно уехали на год жить в Финляндию: их мама оттуда родом, и они отправились познакомиться с ее родной страной, а заодно выучить свой четвертый язык.

С учетом того, что вы и сами находитесь в постоянных разъездах, есть ли в мире места, которые вам особенно дороги?

Во-первых, я люблю Москву, Париж, Лондон и Петербург: здесь я работаю над своими четырьмя проектами, и одновременно во всех этих городах я живу, перебегая из одной точки карты в другую. А так, у меня множество мест, без которых я не представляю своей жизни: например, я всем советую обязательно съездить к Мише Шемякину на карнавал в Венецию, советую побывать в Майами, потому что веселее города вы просто не найдете, и, конечно, надо непременно съездить в Амстердам, чтобы поесть там селедочки. Я могу продолжать этот список до бесконечности: я подробно знаю все уголки своего дома — планеты Земля.

Вообще, путешествия — это одно из моих главных удовольствий в жизни. Иногда мне кажется, что именно путешественник — моя основная профессия, а клоунада появилась потом, как предлог для того, чтобы постоянно переезжать с места на место.

К слову, у вас есть какие-то вещи-талисманы, которые вы всегда возите с собой?

Я с собой вожу подушку: дело в том, что я совершенно не могу спать на отельных подушках, и поэтому приходится возить свою. Как я много раз говорил, именно из нее я и беру сюжеты для новых постановок.

Расскажете о своей премьере, «Снежной симфонии»?

Это один из моих любимых новых спектаклей, который я сделал вместе с Гидоном Кремером. «Снежная симфония» — это такой силы и трогательности высказывание, что от него мне хочется летать. Сейчас эта постановка меня так захватывает, что, когда я нахожусь на сцене, я просто забываю, где я и кто я. И не я один — во время игры наши клоуны вдруг начинают танцевать, как на пуантах, а потом и вовсе становятся музыкантами, а вот музыканты оборачиваются клоунами.

В основе постановки лежит «сНежное шоу»?

Да, но 50-70% его номеров было полностью переделано и придумано заново. Вместе с тем от самого «сНежного шоу» я также не могу отказаться — он продолжает меня самого вдохновлять, и к тому же его постоянно ждут зрители — как я могу их разочаровать? Но все же я сейчас занимаюсь совсем другими проектами. Например, много времени требует «Чудесад» — это моя лаборатория во Франции, в которой я исследую возможности соединения жизни, искусства и природы в единое целое. Именно в таком объединенном «пространстве», как мне кажется, в будущем и должны жить люди.

Многие зрители, побывав на ваших шоу, говорят, что они перевернули их жизнь. А было ли какое-то событие, которое в свое время так же изменило и вас?

Мне кажется, люди не вполне точно выражаются — я не переворачиваю их жизнь, я лишь напоминаю им о том, о чем они сами мечтали в детстве и о чем они, возможно, успели забыть.

Что же касается меня, то у меня много любимцев. Поясню это слово: любимцами я называю тех, за кем я следовал в какой-то момент жизни и которые повлияли на меня — я вообще с удовольствием влюбляюсь в людей и в их творчество. Начать перечень могу со своих самых первых шагов, когда я увидел фильм Чарли Чаплина «Малыш» и потом проплакал всю ночь — проплакал, потому что мама выключила телевизор, и я тогда так и не досмотрел эту замечательную картину. Или, например, еще я обожаю Роберта Уилсона, Аркадия Райкина, Ролана Быкова… Все они в какой-то момент ошарашили меня. Как и Гарри Лэнгдон, которого почти уже никто не помнит, а зря: Лэнгдон — самый нежный комик немого кино, и я многому научился у него. Благодаря ему я понял, что нежность — одна из главных красот нашей души.

Вячеслав Полунин: «Я не строю себе бомбоубежищ — я строю воздушные замки» (фото 12)

С нежностью понятно, а что вас может разозлить или расстроить?

Что угодно, как и всех: поступки людей, подлость, жестокость. Но когда я злюсь, я сразу стараюсь спрятать себя в сейф, чтобы не натворить каких-нибудь глупостей.

Один французский поэт, Артюр Рембо, однажды сказал, что наш мир слишком стар для перемен. Собственно говоря, это и стало его самым большим разочарованием в жизни. А вы как считаете, у мира еще есть шанс измениться к лучшему?

Я нашел свой способ взаимоотношения с миром: однажды я понял, что должен создавать «заповедники». Я должен строить маленькие миры гармонии — на трех человек, на пятнадцать. И потом, когда гармония заполняет эти пространства, я стараюсь расширить их настолько, насколько могу. Этим я и занимаюсь всю жизнь: каждый мой проект — это как раз такая попытка создать место гармонии, попытка вовлечь в него как можно больше людей. Самое главное, моя внутренняя конституция очень располагает к такому занятию: я могу быть счастливым только в окружении счастливых людей. Поэтому мне приходиться вкалывать, чтобы сделать всех счастливыми вокруг, и только потом быть счастливым самому.

Одним словом, вы все же верите в светлое будущее.

Конечно: я оптимист, и я переполнен уверенностью в том, что нам повезло оказаться в этом мире. И если даже все существующее разлетится к чертовой бабушке, надо радоваться, что мы вообще успели здесь пожить! Так что я не строю себе бомбоубежищ — наоборот, я с большим удовольствием строю воздушные замки.

Elle

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

Читайте также
Оставайтесь в курсе новых событий в мире звезд, моды и красоты

Получать уведомления

X
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Извините,
произошла ошибка!
Пробуйте еще раз