ELLE Почему ты выбрал дизайн одежды? Это были детские мечты? Или какой-то переломный момент в жизни? Яркая вспышка?

ОЛЕГ ГОРЧАНИН Я вообще с детства занимаюсь модой, люблю ее, обожаю. Начиналось все с кукол. Я рос с сестрами, мы постоянно во что-то девчачье играли. У нас дома всегда было много Барби, которых родители заказывали из США. Их надо было во что-то наряжать, постоянно переодевать… Тогда я начал впервые сам что-то ворочать: резать кусочки ткани, сшивать, склеивать… Однажды даже отрезал кусок от маминого свадебного платья, не подозревая об этом. Ох, как она на меня рассердилась! Но платьем для куклы я остался доволен.

Еще я постоянно смотрел различные фильмы о моде, пытался повторить оттуда какие-то наряды. Шил все руками, без машинки. До сих пор такие «ручные изделия» намного больше люблю.

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin

Сам ты родом из Беларуси. Затем долгое время учился в Польше. Какие планы на Россию? И что ты думаешь о Москве и местном стиле?

Россия для меня по планам была всего на пару лет, для того, чтобы меня узнало как можно больше людей в СНГ. Но за последний год я понял, что могу не просто тут остаться, работать и участвовать в проектах, но и развивать свой собственный бренд.

Москва сама по себе — удивительная история. Это такой вечный сумбур, микс из разных стилистических направлений и подходов — особенно, если говорить про творческие мероприятия. Совсем другое дело московские улицы, где можно легко встретить группу подруг одетых как под копирку: тренчи + джинсы. Я это не осуждаю. Просто хотелось бы, чтобы люди старались найти свою индивидуальность в стиле, в конечном счете, это как найти себя. 

Когда я переехал в Москву, то думал, что стилисты топового уровня — это люди, которым должно быть 30+. Но на самом деле сейчас есть ребята, которым и 18 лет. До 25. Это люди со свежим взглядом, которые могут дать чего-то нового.

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin

Ты много работаешь с вогерами, одеваешь их на балы. Но также работаешь и с представителя шоу-бизнеса. Образы кардинально отличаются?

Конечно. Бал-рум сцена — это, как премия или музыкальный фестиваль. А сам вог — это супер сексуальное направление. Ты можешь экспериментировать с собой, со своим телом. Для вога можно создавать более открытые вещи, более эпатажные. Когда ты работаешь с медийными личностями, есть очень много факторов, которые необходимо учитывать. Что это за мероприятие? Какой человек? С кем вместе он будет в совместной съемке? Это сложнее.

А что для тебя интереснее?

Больше свободы, естественно, в вогерском комьюнити. Но сейчас я понимаю, что хочу больше заниматься медийными личностями, работать со звездами. Это цель развития меня, как дизайнера. Я хочу создавать коммерческий продукт. Но я ищу людей, которые позволяют мне творить свободно, которые мне полностью доверяют.

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin
Олег Горчанин и Дима Бончинче

Что такое стиль по-твоему мнению?

Очень сложное понятие. Есть врожденный стиль у человека, когда стиль — это харизма, внешность, начитанность, изучение культуры и искусства, разные аспекты жизни. Но также стиль можно и купить. Есть очень много знаменитых личностей, которые выросли в глубинках, а потом стали звездами. И, когда у них появляются деньги, умные люди идут к хорошим специалистам и, покупают себе стиль; вещи, которые выглядят на них точно так же гармонично. Я не вижу в этом ничего плохого.

Помнишь своего первого клиента?

Наверное, это была мама. Я сшил ей платье, мне было тогда лет 12. Простой фиолетовый сарафан на резинке с юбкой-солнцем. Понятное дело, что оно было кривое-косое, но в нем было столько энергии! Мне сейчас не хватает той самой радости, веселья, игривости в работе. Рамки, которые возникают в индустрии, так или они есть и мешают. 

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin
Олег Горчанин и Дима Бончинче

Творческие люди часто поддаются рефлексии. Это сложное чувство, особенно сейчас. Ты подвержен ему?

Да, я очень подвержен рефлексии. Иногда жесткая апатия просыпается. В последнее время, помогает дневной сон — тихий час на 1,5 часа перед жесткой работой. Без этого силы быстро истощаются. Я выгораю. Но я не жалуюсь! Здорово, когда есть много проектов. Я очень рад, что становлюсь все и более более востребованным (за последнее время Олег создал несколько громких образов: свадебное платье Ксении Дукалис и несколько звездных нарядов для певицы Клавы Коки — Прим. ELLE) Поэтому пытаюсь найти золотую середину. Скажем, время от времени, отстраняюсь от соцсетей, которые тоже портят рабочее время. Минута превращается в час. 

Связи в fashion-индустрии всегда важны?

Обязательно. Раньше я думал, что талант всегда побеждает, но, к сожалению, без связей невозможно. Тебя никто не узнает. Ты не знаешь, на какое мероприятие идти, с каким людьми знакомиться и просто сфотографироваться, чтобы тебя заметили. Еще очень важно работать на съемках, знакомиться с фотографами, визажистами, мастерами по волосам, с продюсерами, которые тебя потом будут приглашать на какие-то проекты. Это необходимо для продвижения. 

Кто был твоим проводником в Москве, когда ты приехал?

Дима Бончинче. Он так вежливо ко мне отнесся, поддержал, начал брать с собой на какие-то мероприятия. Я очень ему благодарен. 

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin
Олег Горчанин и Дима Бончинче

Дизайнеры сейчас жалуются на текущих сложности логистики: нет тканей, фурнитуры, нет очень многих вещей, которые помогали им создавать красивые вещи в России. Ты сталкиваешься с этой проблемой?

Да. И это, правда, сложно. Пока гоняю по всему городу и нахожу что-то нужное в остатках. Все-таки тысячи экземпляров мне закупать ничего не нужно. Но это поможет еще на пару месяцев. Далее, скорее всего, буду заказывать все необходимое из Китая или из Турции. По крайней мере, сейчас это какой-то выход.

Российские дизайнеры способны закрыть нишу ушедших брендов?

Не думаю. Нельзя так просто взять и покрыть все массовое потребление, как это делала Zara. Тебе нужно не тысячи единиц, а миллионы отшивать для того, чтобы обеспечивать всю Россию красивыми вещами. Плюс — проблемы с логистикой. Но можно успешно занять нишу миддл-люкса. Это вещи хорошего качества с интересным дизайном, людям все равно хочется наряжаться. Особенно после недавних ковидных времен. Тем более, что сейчас в моде дух 2000-х — это помпезность, это глэм. Покупатели в России будут обращаться к начинающим дизайнерам. Главное, теперь их не подвести в качестве. Интересный дизайн — это очень хорошо, но, если у тебя вещь после первой стирки испортится, то к тебе больше никто не придет.

Уход многих брендов тебя стимулирует или тормозит в развитии?

Меня это стимулирует. Ко мне стали обращаться инвесторы с предложениями сделать что-то совместное. И таких запросов все больше, интерес растет. Также все вещи, которые мы снимали на Диме Бончинче — это, по сути, то, что будет скоро выпускаться в партиях. Это круто! Я не гонюсь за количеством. Мне достаточно того, что клиенты будут понимать, что только 20 человек во всем мире имеют такую же вещь, как у них. И все. Это не тираж, а эксклюзивность.

Олег Горчанин / Oleg Gorchanin

Тебе уже называют «русским Мюглером». Корона не жмет?

Нет. Я только за, чтобы меня так называли (Смеется.) Я вообще на самом деле очень восхищаюсь Тьерри Мюглером. Очень жалко, что он уже ушел. Он абсолютный гений своего времени. Он превращал девушек в супервумен! Он одевал женщин, которых хотел весь мир. Многие бренды в России сейчас копируют именно его. И это неплохо. Главное, пытаться совмещать это со своим стилем, пропускать через себя. Вообще, я считаю, что дизайнеры 1990-х — это по сей день основные двигатели прогресса. Гении, которые останутся в вечности. 

Model\Dancer — Dima Bonchinche / Дима Бончинче

Designer\Stylist — Oleg Gorchanin/ Олег Горчанин

Photo — Daria Kosinova / Дарья Косинова 

Backstage photo —Maxim Mirny/ Максим Мирный

Video — Vladimir Kutenkov/ Владимир Кутенков

IDEA\Producer — LAVANDA PRODUCTION

Place SUPER METALL (Москва)

Light — Alexander Veselov\ Александр Веселов

Assistant photographer — Nikolay Korotkov\ Николай Коротков

MUAH — Yulia Isaeva\ Юлия Исаева

Interview LAVANDA

SPECIAL THANKS Helen Grey, Dmitry Markin