Миниатюрная и хрупкая Наталья буквально влетает в студию со стаканчиком кофе в руке, попутно дискутируя по-английски со своей ассистенткой. Если бы вы встретили их на улице, наверняка решили бы, что перед вами две студентки из New York University, впервые приехавшие в Москву. Но внешность обманчива — за плечами Натальи непростая и очень продуктивная работа в «fashion-инкубаторе» LuxCartel. Что это такое? Представьте себе креативную лабораторию, под крылом которой модные бренды просто обречены на успех. По сути, LuxCartel — это шоу-рум, где представлены подопечные марки Натальи, продвижением которых она занимается.

Наталья Понятовски-Ровнер: "Когда бренд становится нашим клиентом, мы как будто заключаем брак" (фото 1)
Жакет и брюки из полиэстера, Kalmanovich; серьги, розовое золото, бриллианты, рубины, Ralph Masri; чокер Squash Blossom, желтое золото, колье Desert Rising, желтое золото, танзаниты, турмалины, бирюза, сапфиры, спессартины, гранаты, морганиты, циркон, все — Marlo Laz; цепочка-колье, собственность Натальи. На левой руке: браслет, белое золото, бриллианты, сапфиры, кольцо, розовое золото, сапфиры, все — Ralph Masri; браслет, собственность Натальи. На правой руке: кольцо, белое золото, бриллианты, Ralph Masri; браслеты и кольцо, собственность Натальи
Фото
maxim repin

ELLE Первый вопрос — самый ­простой. Как все началось?

Наталья Понятовски-Ровнер Довольно тривиально, честно говоря. Я не основательница шоу-рума, но изначально была инвестором. Потом случилось так, что девушка, которая дала начало LuxCartel, занялась другими делами, и я решила перехватить ­инициативу.

То есть к моде вы раньше не имели ­отношения?

По образованию я экономист и всегда думала, что буду работать по профессии. Или стану писателем. В детстве я, кажется, что-то рисовала, но это все было несерьезно. В fashion-мире я была скорее потребителем — кто не любит шопингили модные журналы? Настоящий интерес у меня проснулся, когда я стала партнером в LuxCartel. Работа приносила столько эмоций, что я поняла: это дело моей жизни.

Кого из дизайнеров вы сейчас ­представляете?

Мы занимаемся развитием нескольких брендов — к примеру, Marlo Laz, ювелирная марка Джесси Марло Лазовски. Еще один ювелирный дизайнер — Ральф Мазри из Бейрута. Новичок среди наших подопечных — Хорхе Айала, потрясающий интеллектуал, архитектор из Мексики, который переехал во Францию и занялся модой, создает одежду. Как-то я была в Мексике и познакомилась с главным редактором ELLE México Клаудией Кандано — она была потрясающе одета, и я не могла не спросить, кто это придумал. Она назвала бренд — Jorge Ayala, я запомнила, но не думала, что встречу этого человека через несколько месяцев и пойму, что он обязательно должен быть представлен в LuxCartel.

Как вы понимаете, что хотите работать с тем или иным брендом?

Мне присылают множество лукбуков, но должна сказать, что сотрудничество невозможно без личной встречи — а там уже включается интуиция. Обычно я не обращаю внимания на совершенные, идеально выверенные коллекции, мне интересно, когда можно что-то улучшить и при этом есть большой потенциал для работы. Конечно, важно, чтобы у нас с дизайнером совпадали взгляды на жизнь, а не только на бизнес-стратегию в мире моды. Я часто говорю, что, как только бренд становится нашим клиентом, мы как будто заключаем брак (смеется), так что полное взаимопонимание просто необходимо!

В LuxCartel представлены два русских бренда. Планируете больше?

Да, первой была Юля Калманович, с ней нас, кажется, познакомила Лаура Джугелия. Потом Женя Линович из Masterpeace представила меня Алене Ахмадуллиной, и, признаюсь, я сперва сомневалась, брать ее марку или нет в LuxCartel. Я не хотела, чтобы шоу-рум становился национальным, это плохо для самих дизайнеров в первую очередь. Мне хочется, чтобы бренды любили и выбирали из-за классных идей и необычного дизайна, а не потому, что они русские, пусть даже русские сейчас в моде. Но я все равно начала работать с Аленой, это мой человек.

Судя по инстаграму, вы много занимаетесь благотворительностью.Это не так, хотелось бы больше. Я просто помогаю, чем могу и где могу. Что меня волнует сильнее всего — проблема голода в Африке и странах Средней Азии. Я знаю много великодушных людей и в Москве, и в Нью-Йорке, все готовы жертвовать, но средства идут на проблемы, которые близко, — все рады помочь какому-нибудь маленькому музею, потому что он на виду. То, что происходит в других странах, не слишком освещается в прессе, об этом практически неизвестно, а проблем при этом предостаточно. Я уважаю организацию «Врачи без границ» именно за смелость и решимость помогать даже в самых отдаленных точках Земли. Недавно мы с подругой Фабиолой Беракасой решили организовать благотворительный аукцион, распродажу брендов LuxCartel и просто дружественных марок — часть от продаж пошла в фонд World Food Program. А моя знакомая, ювелирный дизайнер Дженнифер Бер, отдала полностью всю выручку!

У вас насыщенная работа и две маленькие дочки. Как получается ­сочетать карьеру и личную жизнь?

Мне повезло, у меня есть отличная няня. Без ее помощи я бы просто не смогла работать. Каждое утро хочется все бросить и остаться домохозяйкой! Но потом я проверяю почту, и работа снова увлекает меня с головой. Муж полностью меня поддерживает и только рад моей карьере, но тем не менее каждый вечер я провожу дома с семьей. Это и есть ­счастье!