Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Мирослава Дума: «Моим экспериментам с одеждой точно пришел конец»

Интервью ELLE с основательницей международного проекта Fashion Tech Lab

Космос, балет, хоккей. «Великая троица» достижений, которыми гордились в нашей стране во времена моего детства. Сегодня я очень хочу добавить в число «национальных достояний» Миру. Мы дружим десять лет, и на моих глазах она прошла путь из светской it girl до человека, который вершит историю. В октябре в рамках Недели моды в Париже Мирослава официально представит профессионалам fashion-индустрии, людям из мира технологий, а также инвесторам «дело своей жизни» — компанию Fashion Tech Lab (FTL), которую на страницах влиятельного Financial Times уже назвали организатором «очередной промышленной революции». Несмотря на многочисленные перелеты и техноконференции, на которых, как и на показах, Мира занимает исключительно first row, она по-прежнему остается невероятно добрым человеком. И, поверьте, проблемы планеты волнуют ее ничуть не меньше, чем искренняя забота о близких.

Мирослава Дума
ФОТОInho Ko

ЕКАТЕРИНА МУХИНА Ты не раз говорила, что каждый свой бизнес придумывала и запускала сама, без посторонней помощи. Так было и в случае с FTL? Расскажи, с чего все начиналось?

МИРОСЛАВА ДУМА Да, верно. Для своих проектов я всегда сама искала инвесторов и лично проводила презентации, убеждая их в том, что мои идеи сработают и принесут прибыль. История FTL — не исключение. В какой-то момент я обнаружила, что индустрия моды является второй по негативному влиянию на окружающую среду после нефтегазовой промышленности. Производство одежды — очень энергозатратное дело. Только представь, что на изготовление простой хлопковой футболки и пары джинсов уходит 20 000 литров воды! Это заставило меня пересмотреть отношение к моде и потреблению в целом. Так и возникла идея FTL — я увидела проблему и начала искать возможные пути ее решения. Немногим позже, cидя на очередном модном показе, я словно посмотрела на себя и людей вокруг со стороны: у всех присутствующих были такие важные лица, будто они спасали мир или жизни. Тогда я подумала: «Ребята, очнитесь!» С тех пор я уже не могла быть частью современной индустрии моды в том виде, как она есть — огромной машины по продаже супердорогих вещей, без которых совершенно спокойно можно прожить. Я поняла, что либо должна сделать все от меня зависящее, чтобы изменить ситуацию, либо найти другое дело, которое будет приносить пользу.

Е.М. Что такое FTL? Как устроен этот бизнес и какие цели преследует?

М.Д. Fashion Tech Lab — уникальный проект, гибрид инвестиционной компании, международного бизнес-инкубатора и экспериментальной лаборатории. Мы постоянно ищем по всему миру талантливых инженеров и ученых, инвестируем в их идеи, связываем с модными брендами. В Корее и Японии, к примеру, ведутся очень интересные разработки в сфере солнечных панелей, встраиваемых в ткани. Италия, которая до сих пор по праву считалась центром и законодателем моды, сейчас испытывает настоящий бум в развитии стартапов, специализирующихся на инновациях в разработке новых материалов. Итальянцы учатся производить материалы и кожу практически из любого сырья: из отходов виноделия, грибов, древесины и даже апельсиновой кожуры. В нашей экспериментальной лаборатории ученые-химики трудятся бок о бок с молодыми дизайнерами над несколькими проектами, которые мы ­надеемся представить миру в следующем году. Большинство научных разработок существуют 50 и более лет, но до сих пор они были недоступны широкой публике. Ученые зачастую скептически относятся к людям из индустрии моды, но FTL помогает технологиям и моде понимать друг друга и делиться идеями. Мы стараемся показать, что изобретения принесут намного больше пользы, если не будут скрыты за стеклянными дверями лабораторий, а станут направлять модное производство в более экологичное, бережливое и безо­пасное русло.

Е.М. А как ты обеспечивала финансирование лабораторных проектов? Самостоятельно или на деньги инвесторов?

М.Д. Совсем недавно мы привлекли в проект 50 миллионов долларов, и это деньги инвесторов. Все началось с того, что я вкладывала собственные средства в компании, в которые верила, — так было, к примеру, с модным брендом Reformation. Когда у меня появились дети и возникла необходимость в экологически чистых товарах и продуктах без токсинов и химикатов, зародилась идея уникальной площадки The Tot. Инвесторов всегда легче убедить вложить деньги, когда они понимают, что ты тоже несешь финансовую ответственность и так же, как и они, заинтересован в успехе. У FTL также есть консультационный совет, в который входят Кармен Бус­кетс, одна из первых инвесторов Net-a-Porter, дизайнер и председатель CFDA Диана фон Фюрстенберг, активист экомоды и основатель EcoAge Ливия Ферт, молодой генеральный директор немецкого Дома Rimowa Александр Арно, председатель компании Tod’s Диего Делла Валле, инвестор и медиамагнат Остин Хёрст, дизайнер и филантроп Габриэла Хёрст, профессор Стэнфорда и автор Лора Арриллага-Андриссен. Эти люди готовы инвестировать свое время и знания в проекты, решающие проблемы будущего и настоящего.

Е.М. С какой лаборатории все началось и сколько их сейчас? Ты лично участвуешь в отборе партнеров или опираешься на мнения консультантов?

М.Д. На данный момент у FTL есть представительства и партнеры в России, США, Италии, Китае, Великобритании, Франции, Швейцарии, ­Израиле и на Ближнем Востоке. В ближайшее время объявим о запуске еще в нескольких странах. Я лично стараюсь вникнуть во все детали, участвую во всех обсуждениях, постоянно встречаюсь и созваниваюсь с компаниями, в которые мы инвестируем средства. Критерии таковы: это должен быть проект, который производит революцию в сфере био-, нано- и медтехнологий, производстве умных тканей и носимой электроники. Мы ищем проекты, которые смогут решить проблемы потребителей. Приведу в пример технологию для людей, страдающих сахарным диабетом: в разработке микрокомпьютеры, которые интегрируются в многофункциональные удивительные носки, благодаря которым сосуды стоп быстро реагируют на повышение уровня сахара в крови. Существует целый ряд медтехнологий, встраиваемых в повседневную одежду, направленных на общее улучшение качества жизни и здоровья населения. У нас отличная команда профессионалов, отвечающих за отбор проектов, включая генерального директора по инновациям, докторa наук Аманду Паркс (Stanford and MIT alumni). Мы отметили более 1000 технологий, среди которых проекты по инновациям в области высокоэффективных волокон и тканей. И сейчас планируем инвестировать в восемь из них.

Е.М. Бренд Salvatore Ferragamo выпустил капсульную коллекцию при участии одной из твоих лабораторий. Какие еще марки заинтересовались разработками?

М.Д. Мы готовим коллаборации с несколькими крупными брендами, но пока не можем называть имен. Коллекция Salvatore Ferragamo и Orange Fiber стала первым крупным экспериментом по соединению мира моды и технологий. Я очень люблю приводить в пример команду Orange Fiber: все началось с того, что несколько итальянских ученых узнали о том, что 750 000 тонн апельсиновой кожуры ежегодно выкидываются в поля. Они решили проблему, придумав производить ткань из жмыха и корочек цитрусов. Это взаимовыгодная ситуация, когда производители апельсинового сока избавляются от отходов, а в результате получается шелк, по качеству ничем не уступающий материалу Hermès и других известных брендов.

Е.М. Российские ученые участвуют в процессе? Какие отечественные компании входят в FTL?

М.Д. Один из российских проектов, в которые мы инвестировали, — Hydrop. Ребята придумали средства, отталкивающие от одежды любую жидкость: от вина и соевого соуса до воды. В плане научных разработок, применимых к моде, Россия пока еще уступает тому же Китаю или Италии, но ситуация меняется. Как международная компания с офисом в том числе и в Москве, мы очень гордимся такими партнерами, как центр инноваций Сколково. Мы принимали активное участие в их ежегодном проекте Startup Village, и сейчас обсуждаем намного более тесное сотрудничество.

Е.М. Какое производство поразило лично тебя сильнее всего? Был такой момент, когда тебе показалось, что ты попала в фантастическое будущее?

М.Д. С того момента, как я начала заниматься Fashion Tech Lab, я не перестаю удивляться тому количеству гениальных изобретений, которые есть в мире! Самое большое впечатление на меня произвела кожа, выращенная из стволовых клеток в лаборатории в Сан-Франциско. Этот материал идентичен натуральной коже, но получен без вреда для планеты. Он не выделяет токсины и отличается повышенной износоустойчивостью плюс совершенно закрывает вопрос об этичности использования кожи в модном производстве. Будущее — это когда кожаную сумочку можно будет «вырастить» в лаборатории.

Е.М. Ты как-то сказала, что к 2025 году 10 % населения планеты будет одеваться в вещи, созданные с использованием высоких технологий. А какой процент такая одежда составляет сейчас в твоем гардеробе? За ней сложно ухаживать?

М.Д. Процент высокотехнологичных вещей в моем личном гардеробе пока не так велик, как бы мне хотелось, но это только начало. Современные технологии направлены на то, чтобы облегчить нам жизнь. Особого ухода за материалами не требуется, даже наоборот: одна компания, с которой мы работаем, внедряет в волокна ткани мяту, которая борется с распространением микробов, тем самым устраняя неприятный запах. Такую футболку можно будет носить, не стирая, в 20 раз дольше, чем обычную. Только представь, сколько воды будет сэкономлено! И таких примеров множество.

Е.М. Тестируешь все изобретения на себе? Джинсы из грибов, шелк из корочек апельсина...

М.Д. И платье, сделанное из шелка Orange Fiber, и носки из переработанных тканей, и кроссовки из пластика, выловленного в океане. Мы с командой не только сами все пробуем, но и привлекаем исследовательские университеты, которые помогают качественно оценить техспецифику и потенциал той или иной компании.

Е.М. Сколько стоит — или может стоить — такая одежда? Дороже или дешевле традиционной?

М.Д. Стоимость готового изделия зависит от технологии. Конечно, цена платья Salvatore Ferragamo из капсульной коллекции и переработанной футболки от H&M разная, потому что продукты направлены на разные сегменты. Однако обе компании делают важный шаг на пути к уменьшению воздействия модной индустрии на окружающую среду. Думаю, люксовые марки должны показать пример остальным брендам, потому что именно они всегда задавали моду и у них есть возможность вкладывать капитал в развитие экопрограмм. Если гиганты индустрии станут экологичными, то и остальные подтянутся, потому что появится тренд и вырастет запрос в обществе. Покупатели стали двигателями всех изменений в индустрии, поэтому у подрастающего поколения Z — а это наши дети — есть все шансы изменить ситуацию. В своих взглядах они сродни хиппи 1970-х, которые поголовно выступали против войны. Наши дети так же поголовно будут выступать за то, чтобы, как говорит президент Франции Эммануэль Макрон, Make our planet great again!

Е.М. Что в этом бизнесе самое сложное?

М.Д. Одна из проблем — это нежелание ученых и людей из моды найти общий язык. Мода довольно консервативная индустрия — в производстве одежды технологии не менялись уже очень долгое время. Ученые не верят, что Дома с вековой историей поймут их изобретения, поэтому предпочитают работать с «серьезными» отраслями — космонавтикой, автомобильной промышленностью, авиацией, медициной и спортом. Мы стараемся этот барьер проломить. Технически — сложно вывести некоторые проекты на массовое производство, но это решaeмо. 3D-принтерам раньше нужны были дни, чтобы что-то напечатать, а сегодня — несколько часов. Это вопросы инвестиций и совершенствования технологий.

Е.М. Кто из публичных людей включился в процесс? Знаю, что один из инвесторов фабрики по выращиванию бриллиантов — Леонардо Ди Каприо.

М.Д. Тут речь о компании Diamond Foundry, в которой Леонардо Ди Каприо является инвестором. Да, к счастью, очень многие сейчас обращаются к проблеме потребления. Скажу по-другому: любой современный прогрессивный человек думает об этом и делает что-то в этом направлении. Эммануэль Макрон, Обама, Эл Гор, Фаррелл Уильямс, Эмма Уотсон, Стелла Маккартни, Кристи Тарлингтон, Гвинет Пэлтроу, Марион Котийяр — этот список можно продолжать. Важно, что известные люди используют свое влияние, чтобы изменить общество в лучшую сторону и поднять вопрос экологии и чрезмерного потребления. Такой, кстати, была и главная повестка пленарного заседания Владимира Путина на ПМЭФ-2017.

Е.М. Ты из тех людей, кто может начать общее дело с друзьями?

М.Д. Много моих друзей и знакомых стали инвесторами или консультантами FTL. В число советников входят генеральный директор British Fashion Council, Каролин Раш, первый диджитал-директор LVMH Иан Роджерс, декан факультета моды нью-йоркского института Parsons Бурак Какмак, продюсер Александра де Бетак, новый вице-президент по стилю Farfetch Ясмин Севелл и Наталья Водянова. Я благодарна им за веру в то, что мы делаем.

Е.М. Как выглядит твой гардероб сегодня? Что больше никогда не наденешь?

М.Д. Когда смотрю на свои фотографии 10-летней давности, то иногда удивляюсь прошлым выходам. Моим экспериментам с одеждой точно пришел конец! Я живу в джинсах, кроссовках и толстовках. Объективно очень люблю и ношу Reformation, Vetements и Balenciaga, Gabriela Hearst.

Е.М. Как устроен твой день?

М.Д. Он расписан по минутам: звонки, встречи, письма и снова звонки. Сотрудники команды живут по всему миру, поэтому мы всегда на связи, обмениваемся новостями и идеями. Я рано встаю. Первым делом проверяю телефон и отвечаю на срочные письма и сообщения. Дети растут, и каждый день в их жизни происходит что-то новое, поэтому стараюсь проводить с ними максимум возможного качественного времени. Особенно учитывая, что я часто летаю в командировки. После того как они засыпают, я работаю до поздней ночи — наша команда в Китае только просыпается, а в Сан-Франциско разгар рабочего дня.

Е.М. Какая ты мама? Что поменялось в этой важной роли с появлением третьего ребенка?

М.Д. С момента рождения первого ребенка я решила, что буду всегда разговаривать с детьми, как со взрослыми, и стараюсь этого принципа придерживаться. Моя главная цель — вырастить их в любви, обеспечить хорошее образование и постараться развить в них чувство сострадания, сделать их ответственными жителями планеты. Мы много читаем и говорим обо всем на свете, обсуждаем новые идеи и изобретения. С сыном Георгием мучаем китайский, я ему объясняю, что без этого прогрессивному и амбициозному молодому человеку сегодня — никуда.

Elle

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

Материалы по темам

Оставайтесь в курсе новых событий в мире звезд, моды и красоты

Получать уведомления

X
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Извините,
произошла ошибка!
Пробуйте еще раз