Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой

В издательстве «Эксмо» выходит новая книга одного из главных современных поэтов, Веры Павловой. Мы решили не упускать такого повода и встретиться с Верой для разговора — о магической силе стихов и победе любви над смертью

«Я мудрая дура. Мне хватает мудрости понять, какая я дура, и глупости — считать это мудростью», — говорила в 2009 году Вера Павлова в интервью, которое взяла для журнала ELLE ее дочь, Лиза. По поводу второго не знаем, но вот мудрости Вере Павловой действительно не занимать, равно как и таланта. Ее стихи переведены на 25 иностранных языков, что для современного поэта большая редкость и удача, а в России за ней прочно закрепился статус если и не голоса целого поколения, взрослевшего в «нулевые», то точно одного из крупнейших поэтов страны. Секрет ее поэзии — в одновременной простоте и глубине текстов. В своих «стишках», как сама Вера Павлова их называет, она лаконично формулирует ответы на важные вопросы — о смерти, любви, смысле жизни. Весомость вопросов компенсируется изяществом ответов, так что ее стихи заучить не сложнее, чем детские считалочки.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 1)

Сегодня за спиной у Веры 3834 стихотворения, за которые ей «не стыдно». Буквально на днях вышла ее новая, двадцать первая по счету, книга — «Проверочное слово». Читать ее стоит обязательно, тем более что в ней собраны не только стихи, но и эссе Веры Павловой. Новый сборник получился на редкость жизнелюбивым.

P. S. Кстати, в подготовке интервью также поучаствовала дочь Веры, Лиза: на этот раз она выступила не интервьюером, а фотографом.

В аннотации к вашей новой книге редактор издательства про вас написал емко и просто, что вы «один из лучших поэтов современности». После этого сразу захотелось спросить: как это — быть «одним из лучших поэтов современности»? Ощущаете ответственность, силу, авторитет? В своем окружении я назову как минимум человек десять, которые знают наизусть три-четыре ваших стихотворения и очень ценят вас.

Спасибо вам и вашим друзьям на добром слове. Из названного вами ощущаю только ответственность. Сейчас особенно остро, потому что в эти самые минуты, когда мы с вами разговариваем, типографский станок печатает мою новую книгу. Я почти физически слышу его шум. И про себя повторяю то один стишок, то другой, проверяю каждое слово, каждую букву — на месте ли? Перед кем эта ответственность? Перед поэзией. Перед читателем, который потратит на мою книгу несколько невозвратимых часов своей жизни.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 1)
ФОТОLISA PAVLOVA

Ваша предыдущая книга, «Избранный», рассказывала о последних годах жизни вашего покойного мужа, Стивена Сеймура. В ней 224 страницы, тогда как в новом «счастливом» сборнике страниц в два раза больше, 480. Получается, любовь к жизни, в этом метафорическом и творческом смысле, все-таки сильнее смерти? К слову, у вас есть строчки «Счастье — это горе, которому / удалось придать совершенную форму». Как считаете, вам самой удалось это сделать?

Кажется, удалось. Именно поэтому «Избранный» — тоже книга о счастье. Некоторые читатели заметили это. «Избранный» — репортаж о трех годах борьбы любви со смертью. И смерти не удалось ничего отнять у любви. Может быть, поэтому-то мне и было подарено то солнечное, родниковое счастье, о котором повествует книга «Проверочное слово». Я проводила Стива, не пропустив ни одной ступеньки этой трудной лестницы, отдала ему всю любовь, на какую была способна, — и через два месяца встретила Колю Терентьева. Он — профессионально счастливый человек, потому что он — клоун, многолетний соратник (сорадник!) Славы Полунина. Коля превратил мою жизнь в праздник. Я просто не могла сопротивляться этому счастью. К тому же, провожая Стива, я так научилась любить, что просто не могла оставить это свое умение без применения.

Еще немного про борьбу любви со смертью: в «Избранном» есть дневниковая запись о том, как в больнице, в ожидании результатов биопсии Стивена, вы попеременно читали то молитвы, то свои стихи. Получается, стихи — это форма целительного заклинания, волшебства, привет из иного мира?

Да, стихи, безусловно, являются наиболее подходящим языком для общения с миром иным. Не случайно первыми образцами письменной поэзии были надгробные надписи, а древнегреческие оракулы пророчествовали стихами. В Армении до сих пор книгу Григора Нарекаци, поэта, причисленного к лику святых, кладут под подушку больным. Я надеюсь, что лучшие мои стихи обладают свойствами волшебных заклинаний. Мне рассказывали о девочке, которая, читая мои стихи в школьном спектакле, вылечилась от заикания. Были и другие чудеса. Немало. Я очень дорожу такими свидетельствами. Они означают, что я хорошо работаю, без халтуры.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 5)
ФОТОLISA PAVLOVA

Раз уж ваша новая книга о счастье, скажите, а что для вас значит само слово «счастье»?

Об этом — 480 страниц «Проверочного слова», как ответить в нескольких словах? Но если настаиваете, то ответ будет совсем простым: счастье для меня — чувствовать себя живой, чувствовать вполне сцепление с жизнью, чувствовать биение жизни в себе и вокруг себя. Такие драгоценные минуты запоминаются навсегда. И часто со временем попадают в оправу стихотворения. Потому что стихи — фотографии по памяти.

То есть стихи надежнее обычного дневника и, скажем, семейной видеозаписи?

У стишка, выражаясь компьютерно, больший объем памяти. Стишок помнит все: запахи, звуки, освещение, окружающий пейзаж, — все, что окружало поэта, когда он этот стишок сочинял. Даже если это все не названо в стишке, оно им впитано. Дневнику понадобилось бы несколько страниц. А видеозапись и вовсе все главное упустит. Да и кто ее смотреть будет? Затеряется, никто и не вспомнит. А стишок — вот он, в памяти, достань его оттуда — и минута счастья вернется, оживет, оживит.

Кстати, мне кажется, что стихи еще и форма подтверждения собственного существования — для поэта. Вам важно, какой вы останетесь в памяти людей? Кстати, вы закончили переписывать стихотворения для своего «Чистовика»?

Как вы догадались? Вы тоже наделены сверхъестественными способностями? «Чистовик» — объясним нашим терпеливым читателям — это мой долгоиграющий проект: я переписываю в толстые красивые тетради парадным почерком все свои удачные стихотворения из написанных за 35 лет. Неудачные уничтожаю. От них не останется и следа. Три дня назад я переписала в тетрадь номер семь стихотворение номер 3834 — последнее, написанное в 2017 году. Теперь, перед новым годом, перепишу лучшие стихи 2018 года, через год — 2019… И так далее — сколько Бог даст. Вот такой и хочу остаться в памяти людей — старательной. Прилежной. Экологичной — не оставившей после себя мусора.

К слову о «неудачных», по вашим словам, стихотворениях. Однажды вы где-то сказали, что во многих своих ранних эротических стихах вы как бы «распевались», входили во вкус как поэт. Сейчас вы чувствуете, что заговорили в полную силу, или еще есть «незадействованные регистры»?

Что ж, раз уж мы прибегли к вокальной терминологии, — да, я чувствую, что мой поэтический голос вырос и стал более гибким. Теперь я могу петь в стихах и фортиссимо, и пианиссимо. И предпочитаю пианиссимо. В «Проверочном слове» есть словцо «колыбельканто». Вот эту форму поэтического бельканто я и развиваю сейчас охотней всего. И в эту сторону мечтаю расти: писать еще точнее — и в то же время еще нежнее.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 9)
ФОТОLisa Pavlova

Всегда хотелось задать глупый и, пожалуй, риторический вопрос: откуда в вас столько любви и этой смелости — любить? Ведь это требует колоссальной энергии.

Почему-то представился человек с ромашкой в руке, отрывающий по лепестку: люблю — не люблю — плюну — поцелую — к сердцу прижму… Как будто жизнь ставит перед нами этот выбор: любить или нет. Как будто можно приказать себе: полюби! Любовь — совершенно неуправляемая стихия. Спасибо ей, что она ко мне щедра. Чем я ее отблагодарю? Вот, пытаюсь — стишками о ней, родимой. Довольна ли она? Не знаю. Но мой любимый как-то сказал: «Веруня, спасибо. Легко мне после твоих стихов».

Многие знают ваши стихи, но почти никто не знает, какая вы в жизни. Кроме самых близких, конечно. Расскажите немного о своей повседневности: что любите есть на завтрак, хорошо ли готовите, какие комедии могут вас рассмешить? У большого поэта такие вещи обычно не спрашивают, но давайте нарушим традицию.

Повседневность моя состоит из нескольких эвридействий — так я называю повторяющиеся изо дня в день занятия. Они таковы: между первой и второй чашкой кофе по утрам я сочиняю стишок-другой. Если получается — хорошее настроение на весь день обеспечено. И можно приступить к сезонным эвридействиям: зимой поехать кататься на коньках, весной и осенью на велосипеде, летом — купаться. Час уделяем музыке, пару — чтению (в том числе вслух, потому что все эти дела делаются вместе с Колей). Между делом хозяйничаем, не обращая на это особого внимания. Вечером, если не идем в гости или на концерт, смотрим какое-нибудь кино. Коля предпочитает комедии, я — триллеры, а если не удается договориться, то сходимся на детективе. Перед сном — прогулка. Впрочем, когда Коля гастролирует и я его сопровождаю (то есть несколько месяцев в году), жизнь теряет свою размеренность и становится непредсказуемой. Просыпаешься утром в гостинице — и не сразу можешь сообразить, в каком ты городе, в какой стране. Но размеренная, одомашненная жизнь мне, пожалуй, нравится больше. Чтобы писать, мне не нужны приключения, мне нужны покой и тишина.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 24)
ФОТОLISA PAVLOVA

Я знаю, что вы сейчас живете на несколько стран — есть ли какая-то книга, которую вы постоянно возите с собой или к которой мысленно возвращаетесь? Что читаете сейчас?

У меня три библиотеки — в Москве, в Нью Йорке и в Торонто. Одну собирала я, две другие — Стив и Коля. В них примерно одни и те же книги. И возить не надо. Сейчас с наслаждением читаю «Памяти памяти» Марии Степановой. И — можно еще об удовольствии музыкальном? Барбара Ханниган, певица-дирижер, невероятная!

В 2009 году для журнала ELLE ваша дочь взяла у вас интервью, в котором вы назвали себя «мудрой дурой». С тех пор прошло почти десять лет: что-то изменилось в самоощущении?

Я еще больше помудрела и стала еще большей дурой.

Книга недели: «Проверочное слово» Веры Павловой (фото 15)

Elle

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

Материалы по темам

Читайте также
Оставайтесь в курсе новых событий в мире звезд, моды и красоты

Получать уведомления

X
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Извините,
произошла ошибка!
Пробуйте еще раз