Стиль жизни

Гастрономические тренды, популярные маршруты для путешествий, ультрамодные гаджеты, интерьерные тренды и автомобильные тест-драйвы.

Северный полюс

Дочь знаменитого ­полярника Артура Чилингарова Ксения отправилась на Северный полюс — туда, где вместо дорожных знаков развешаны знаки «Осторожно, белые медведи!» и где кругосветное путешествие можно совершить за минуту.

image

Дочь знаменитого ­полярника Артура Чилингарова Ксения отправилась на Северный полюс — туда, где вместо дорожных знаков развешаны знаки «Осторожно, белые медведи!» и где кругосветное путешествие можно совершить за минуту.

Когда я родилась, мой отец, уже тогда известный полярник, прислал маме в роддом записку: «Таня, поздравляю! Жаль, что не моряк!» Написал как отрезал. Шансов стать отважной путешественницей, искательницей приключений он мне не оставил. Действительно, с раннего детства меня укачивало во всех видах транспорта. Семейная поездка в Крым по серпантину оборачивалась кошмаром. Особенно трудно приходилось моему старшему брату. Он заставлял меня дышать, смотреть в одну точку, отбирал любимую игрушку, но все было бесполезно — в дороге ему приходилось дважды менять одежду. К слабому вестибулярному аппарату стоит прибавить аэрофобию и клаустрофобию. Так что покорять вершины и бороздить моря было делом исключительно моего отца. Настоящего мужчины, героя, которым я искренне восхищалась. Мы всегда знали, что его сердце принадлежит Северу. Но где это? А главное, что в этом месте особенного?

image

Год назад я пришла к нему и попросила: «Возьми меня с собой на Северный полюс!» Папа несколько минут думал, но в итоге произнес: «Вылетаем через две недели, напиши мне свои размеры, пошьем тебе спецодежду». Ну как же, я — и без обновки? Был заказан комплект термобелья, валенки, черный комбинезон, флиска, шапка, перчатки и красная полярная куртка, на которой было вышито мое имя. Наслаждалась обновками я недолго. За пару дней до отъезда сердце стало предательски сжиматься: «Куда я собралась? Зачем все это нужно?» Но, мужественно взяв себя в руки, ровно в 6 утра назначенного дня я была в аэро­порту Внуково-3, откуда вылетал спецрейс. Перед посадкой отец строго предупредил присутствующих: до прибытия на полюс вводится «сухой закон». Возражений не последовало. Миф о том, что бодрость духа и ровную температуру тела в путешествии нужно поддерживать алкоголем, был развеян.

image

В самолете у меня было время внимательнее присмотреться к группе. В основном это были полярные исследователи, в том числе крупный иностранный меценат Фредерик Паулсен. Он уже много лет поддерживает экспедиции, организованные отцом. Они вместе совершили перелет до Южного полюса на одномоторном самолете, еще провели погружение на дно Северного Ледовитого океана. Настоящий Индиана Джонс «шведско-швейцарского разлива»! С Фредериком мы по-русски трижды расцеловались. Заметив мое встревоженное выражение лица, он подбодрил: «Don’t worry!» Не очень помогло. Еще одним иностранцем оказался известный итальянский архитектор Ланфранко Чирилло. Он уже много лет активно занимается парусным спортом и не раз пересекал Атлантику. Ланфранко был похож на японского туриста в Риме. Вспышка на его фотоаппарате не знала отдыха. Ослепив меня одной из них, он извинился и честно признался, что слегка волнуется. Но самой большой неожиданностью оказалось присутствие директора Третьяковской галереи, которую буквально за несколько дней до вылета пригласил Фредерик. Ирина Лебедева легка на подъем. Правду говорят, что искусство окрыляет! «Вам не страшно?» — спросила я. Она пожала плечами: «С нами твой отец. Что может случиться?» Я вдруг поняла, что все члены нашей команды ему доверяют. Вера в его опыт, сноровку и способности успокаивает. Я взглянула на дремавшего в соседнем кресле отца. Даже во сне у него был какой-то собранный и напряженный вид. А может, он и не спал вовсе? Так, делал вид. Успокаивал. Вроде бы говорил: «Расслабьтесь, пока можно». В детстве я безгранично доверяла папе. Он был сильнее всех волшебников. Он мог все. С возрастом веру потихоньку начинаешь терять. И вот, всмотревшись в спящего отца, я снова ее обрела.

image
image

Через каких-то пять с половиной часов ровного полета мы приземлились на небольшом норвежском острове архипелага Шпицберген. Он был перевалочным пунктом, где группа должна была пересесть на полярный самолет и вылететь на российскую дрейфующую станцию «Барнео», откуда уже на вертолете стартовать к точке Северного полюса. Остров с высоты птичьего полета был похож на дрейфующий айсберг. Холодный и невероятно красивый. С первого взгляда он показался мне необитаемым, но это далеко не так.

Самолет совершил посадку в маленьком, но современном аэропорту, где нас встретила русская девушка-диспетчер. Она не первый год помогает полярникам. Несмотря на то что остров принадлежит Норвегии, визы у нас никто не проверял. Устав от перелета, члены группы решили развеяться. Недалеко от аэропорта среди белых гор спрятался маленький норвежский городок с торговыми рядами, кафе, несколькими пабами и уютным ресторанчиком в стиле охотничьего домика, где подают вполне съедобные гамбургеры. Наша команда разделилась. Половина отправилась за сувенирами: смешными пледами с белыми медведями, унтами, перчатками, жилетками из меха и шкурами. Русский человек неисправим. В нас еще живет память дефицита. Вторая половина (в их числе была я) решилась исследовать местность.

image

 

Вооружившись фотоаппаратами, мы двинулись в путь. Самая популярная достопримечательность на острове — столб со знаком «Осторожно! Белые медведи». Звери действительно иногда навещают городок. Так что все серьезно! Некоторые жители острова не расстаются с ружьем. Мы же, как положено восторженным туристам, фотографировались около знака 15 минут, после чего я, несмотря на то что пальцы мгновенно замерзали, стоило их вытащить из перчатки, умуд­рилась выложить фото в Instagram. Интернет работал отлично. Прогресс! Кстати, большая часть населения городка — это ученые и студенты местного университета, где бесплатно учатся будущие экологи и географы. Главная забава у них — гонки на снегоходах, основном городском транспорте. Не могу не отметить качество дорог на острове. Несмотря на тяжелые погодные условия, они в идеальном состоянии. Пока я рассуждала на эту тему, экскурсию экстренно прервали. Пришло сообщение со станции «Барнео» о том, что на полюсе установилась отличная погода и можно вылетать. Медлить нельзя, ведь, как мне объяснили знатоки, условия на полюсе хуже капризной женщины — в любую минуту могут измениться, и, если ты не готов, жди беды.

image

 

Погрузиться на борт небольшого, толстенького полярного самолета всего с двумя иллюминаторами мне было психологически сложно. Следуя четким папиным инструкциям, как отличница, все тяжелое я оставила в аэропорту. С собой взяла только самое необходимое. Перевес недопустим, когда речь идет о приземлении на достаточно короткую ледяную посадочную полосу. Я снова села рядом с отцом — с ним мне было не очень страшно. Он ерзал в кресле, и я поняла, что он тоже нервничает. Пилот сообщил, что полет до станции займет приблизительно два с половиной часа. Перед взлетом папа как-то смущенно меня обнял. Эта минутная слабость от человека, по сути сурового и не склонного к проявлениям эмоций, должна была окончательно разбудить во мне панику. Однако я неожиданно поняла, что отец, он же герой, полярник, тоже волнуется и, возможно, даже испытывает страх. Не боятся только дураки! «А вдруг отец нуждается в моей поддержке?» — промелькнуло в голове. Почувствовав это, кажется, я стала старше. Улыбнувшись, полушутя сказала папе: «Так, главное — не допустить моей паники. Тогда мало вам не покажется!» Отец заулыбался, и стало легче.

image
image

Самолет плавно взлетел — чувствовалось мастерство и опыт пилота — и ровно через два часа приземлился на лед возле «Барнео». Там нас уже ждали. У маленького откидного трапа стояли веселые, краснощекие, словно ожившие со старых открыток полярники и огромная лайка, чей радостный лай заглушал рев самолета. Сама станция находилась в шаговой доступности и представляла собой всего несколько палаток и прорубь, больше напоминавшую белоснежный бассейн. Палатки были построены полярниками из современных материалов, способных дольше сохранять тепло. В одной из них находился кампус и столовая, где нам предложили попробовать борща от местного повара. Совершенно не понимая, какое сейчас время суток, я не стала отказываться от еды. На Северном полюсе в это время года солнце светит двадцать четыре часа. Оно отражается от снега, который там всюду, и заполняет все пространство. Холодного яркого света очень много. Долго это выдержать непросто! Кстати, погода была на редкость комфортной. Всего каких-то минус 30!

По завершении трапезы мне предстояло пройти еще одно испытание на выносливость — стащить с себя не один слой одежды в узкой кабинке биотуалета. Скользя по полу, покрытому льдом, я впервые пожалела, что не родилась моряком, как того хотел мой отец. Может быть, все это не для меня? Однако все обошлось, и я была готова продолжить свое путешествие. До Северного полюса, точнее, до географической точки оставалось рукой подать.

image

Через час наш полярный вертолет прибыл на место. Вдруг, несмотря на усталость, всех членов нашей команды охватила эйфория первооткрывателей. Мы стали поздравлять друг друга, радостно делиться впечатлениями и создавать ненужный шум в царстве тишины — люди здесь были инородной массой.

Северный полюс представляет собой белую пустыню, другую, незнакомую планету, на которой человек по нелепой традиции установил флаг. Флагов было много. К столбу в самой точке Северного полюса прибиты таблички городов со всего света. Кто-то из полярников затеял вокруг столба хоровод, и мне пришлось присоединиться. Так я менее чем за минуту совершила кругосветное путешествие. Отметить это можно было горячей сосиской и глинтвейном, который принесли гостеприимные полярники. А еще они пробурили неглубокую скважину во льду и предлагали попробовать соленой океанской воды.

image

Но все эти народные гулянья были мне как-то не по душе. Хотелось понять секрет этого места. Почему сюда так тянет моего отца? Нарушив главное правило — не отходить далеко от группы и вертолетов, — я углубилась в ледяную пустыню. Стоило сделать десяток шагов, как меня накрыла тишина, и я вдруг увидела — нет, поняла — невероятную красоту окружающего мира. Красоту нетронутую, неиспорченную и не принадлежащую человеку. Холод атаковал со всех сторон, пытаясь пробиться через одежду. Мне было все равно. Я внимательно смотрела вперед, пытаясь понять: а что там дальше? Впереди была только белоснежная бесконечность. Неожиданно, кажется, в нескольких километрах от меня словно из снега вырос силуэт белого медведя. Он был очень далеко, его было почти невозможно разглядеть. Он казался миражом. Это было его царство. Казалось, медведь вышел поприветствовать меня.

Из состояния, близкого к трансу, меня вывел недовольный папин голос: отец искал меня. Белый медведь исчез за торосами так же неожиданно, как и появился. Я обернулась. Группа медленно садилась в вертолет. Пора было возвращаться. Я мысленно попрощалась со льдами и рванула к людям. Нам предстояла дорога домой. К моменту взлета я очень устала — слишком много впечатлений. Однако я была счастлива: воспоминания об этом путешествии у нас с папой будут общими. Удивительная белая планета приняла меня и влюбила в себя. Как и многие люди, добравшиеся до Северного полюса, я сдалась ему в плен. На обратном пути, поблагодарив отца, я призналась, что хотела бы когда-нибудь туда вернуться. Он понимающе заулыбался и ответил: «Обязательно!»


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.