Стиль жизни

Гастрономические тренды, популярные маршруты для путешествий, ультрамодные гаджеты, интерьерные тренды и автомобильные тест-драйвы.

Эпизоды из жизни: новое поколение сериалов

За какие-то несколько лет сериалы плотно вошли в нашу жизнь, а их герои стали нам практически родными людьми. Без них мир стал бы гораздо скуднее — и на события, и на эмоции, считает Ксения Грешнова

Прежде об увлеченных сериалами людях без зазрения совести говорили всякое: не хотят напрягать мозги, бегут от действительности, много лишнего времени, мало перца в жизни и так далее — чем далее, тем обиднее. «Смотрели бы лучше настоящее кино», — советовали любителям сериалов товарищи, не чуждые высокой культуры. Но потом произошло удивительное. Режиссеры, актеры и сценаристы из «настоящего» кино вдруг массово перекочевали в телевизор, а «Википедия», хорошо считывающая общественные настроения, назвала сериал жанром искусства. И он им стал — со всем причитающимся «настоящему» кино саспенсом, драйвом и прочими приметами хорошей картины, для которых еще не придумали слов на русском. В сегодняшних сериалах нет ничего стыдного, но много всего другого: красоты, эмоций и, как ни странно, правды жизни — даже в тех, где водятся драконы.

«Игра престолов»

игра престолов

Что это? Дорогостоящая экранизация культовой фэнтези-эпопеи про кровавую дележку власти в вымышленном мире, населенном драконами, зомби и воинственными принцессами.

Почему это важно для ТВ? Cегодняшнее телевидение одержимо достоверностью — исторической («Подпольная империя», «Безумцы»), психологической («Клан Сопрано», «Во все тяжкие») или производственной (любая полицейская драма, в которой каждая вторая реплика начинается со слова «вскрытие»). Уже прошедший сериал «Прослушка» даже входит в обязательную программу для гарвардских студентов-социологов: тут вам и бюрократия, и политика, и сложная экономика наркокартелей — словом, выпуклая картина нравов неблагополучного американского города. В телевселенной, где все сказочное давно уже вытравлено гербицидом документализма, «Игра престолов» (Game of Thrones) выглядит наглым дичком: здесь белокурая наследница древней династии высиживает драконьи яйца, по тундре бродят ледяные мертвецы и зима сменяет лето не по календарю, а когда ей того захочется.

В сериалах много красоты, эмоций и, как ни странно, правды жизни — даже в тех, где водятся драконы»

Почему это важно для нас? «Игра престолов» — фэнтези, но фэнтези брутальное. В нем, по выражению одной из главных героинь, «обижают маленьких девочек» — а также взрослых мальчиков, добрых зверей с умными глазами и вообще всех тех, кому не повезло встать на пути жестоких феодалов Вестероса. При этом некоторые американские психологи считают, что смотреть «Игру» полезно: человек, переживая тревожную ситуацию на экране, а не в реальной жизни, освобождается от напряжения и к решению собственных будничных задач приступает посвежевшим. Однако истинная свежесть в другом, точнее, в другой: героини американских сериалов показали нам много всякого girl power, но воспитать трех драконов удалось только матери-одиночке всея ТВ — Дейенерис Таргариен.

В предыдущих сериях:

• «Она тебя любила». — «Она так сказала?» — «Нет, но она только и говорила о том, как тебя прикончит. Вот как я догадался».

• «А теперь иди и пей, пока не покажется, что ты все сделал правильно».

• «Большинству мужчин это нравится». — «Я не большинство мужчин». — «Именно так большинство мужчин и говорит».

• «С дочерьми тяжелее, чем на войне».

• «Дотракийская свадьба без самое малое трех смертей считается скучной».

• «Ты мой. А я твоя. Погибнем — значит погибнем. Но сначала мы поживем».

• «Мужчины не вожделеют того, что имеют».

• «Любовь — погибель долга».

• «Я бы хотел взглянуть на тебя в шелковом платье. — «Да ну?» — «Чтобы сорвать его с тебя». — «Порвешь мое шелковое платье — получишь в глаз».

• «Разве большинство девочек не восхищаются прекрасными девами из сказок, теми, что с цветами в волосах?» — «Большинство девочек — дуры!»

• «Как думаешь, эта ­женщина похожа на проститутку?» — «Я обычно не сужу о книге по ее обложке, но будь она книгой, другие книги платили бы ей за секс».

«Две девицы на мели»

две девицы

Что это? Cитком про двух официанток ночной забегаловки в Вильямсбурге, мечтающих о собственной кондитерской. Первая — острая на язык брюнетка с махровой интимофобией, вторая — манхэттенская принцесса в изгнании (отец-миллионер угодил в тюрьму за финансовые махинации, миллионы ушли с молотка в уплату долгов), вдвоем они пытаются создать малый бизнес, но вместо этого — или в качестве любопытного побочного эффекта — получают образцовую женскую дружбу.

Почему это важно для ТВ? Сериал откровенно глумится над тем, что вышучивать не принято: разносит главную движущую силу нью-йоркской экономики — хипстеров («Как отличить хипстера от бомжа? По джинсам: у первого они узкие, у второго — грязные»), осмеивает воинствующих веганов, дразнит набожных христиан и отпускает расистские остроты на вес, как мясо для бургеров. И все ему сходит с рук — во-первых, из-за рейтингов (зашкаливают), во-вторых — в каждом классе должен быть свой ­хулиган, читай: смельчак.

Почему это важно для нас? В «Двух девицах» (2 Broke Girls) содержится вся правда о стартапах, и грустная и смешная одновременно. Чего стоит одна лишь сцена с Мартой Стюарт, зажатой двумя начинающими предпринимательницами в женском туалете. После первой серии перестаешь завидовать фейсбучным друзьям, которые запруживают ленту фотографиями своего ларька с органическими печенюшками, после десятой мечтаешь о собственном. А еще — о такой же подруге.

В предыдущих сериях:

• «Ты теперь рабо­таешь сама на себя, ты сама себе начальник». — «Начальник? Мне уже не терпится переспать с самой собой, чтобы получить повышение».

• «Бомж под мостом дал тебе милостыню?!» — «Я предпочитаю думать о Бобе как о нашем первом инвесторе».

• «Домашние кексы, домашние кексы... А ну бери сейчас же! (Всучивает визитку посетителю выставки.) Видишь, Макс, это успех!» — «Запугивание людей — это не успех, это сайентология».

• «Так и быть, я попробую ваш кекс». — «Правда?» — «Мне нравится ваша предпринимательская жилка. Вдобавок у меня есть чувство, что иначе мне отсюда живой не выбраться».

• «Итак, для начала нашего бизнеса мне необходима новая пара «лубутенов». — «Итак, для начала — нет».

«Теория большого взрыва»

теория большого взрыва

Что это? Ситком про двух физиков-теоретиков, у которых появляется новая соседка по лестничной площадке — блондинка Пенни, грезящая о Голливуде. Ребята впервые в жизни получают доступ к загадочной антиматерии — женской душе, а Пенни неожиданно для себя переключается с голливудских звезд на «Звездные войны».

Почему это важно для ТВ? Оказывается, современный сериал, в котором не показывают ни голых женщин, ни вампиров, тоже может быть популярным: ввиду высоких рейтингов исполнители главных ролей получают по миллиону долларов за серию — впервые со времен «Друзей».

Почему это важно для нас? ТБВ — идеальный путеводитель по миру гиков: такт, с которым сценаристы объясняют любовь половозрелых носителей Y-хромосомы к гаджетам, оперативным системам, компьютерным играм, супергероям и аниме, вызывает большое уважение. Кроме того, «Теория большого взрыва» (The Big Bang Theory) — важное высказывание на тему социальной мобильности: главная идея здесь в том, что переход из мира «ботаников» и умников в мир крутых парней и девчонок — и даже наоборот — всегда возможен. И возможен, само собой, благодаря большой и светлой любви.

Переход из мира гиков в мир крутых парней возможен — благодаря большой и светлой любви»

В предыдущих сериях:

• «Когда мы убиваем в детях способность критически мыслить, рассказывая, что кролики появляются из шляп, мы создаем взрослых, которые верят в астрологию и гомеопатию».

• «А нельзя отложить телефоны и общаться, как это делают нормальные люди?» — «­Можно. Но ­благодаря Стиву ­Джобсу не нужно».

• «Я всегда думал, что меня поработит более развитая форма жизни с другой планеты, а не какая-то там фифа из Глендейла».

• «Терпеть не могу свадебные приемы. Почему нельзя взять пример с Бильбо Бэггинса? Кольца натянули, исчезли — и все по домам».

• «Нельзя социофобам говорить в лицо, что они социофобы, — у них от этого социофобия».

«Девочки»

девочки

Что это? Четыре подружки пытаются сделать карьеру и устроить личную жизнь в Нью-Йорке, то и другое выходит так себе.

Почему это важно для ТВ? Сначала «Девочек» (Girls) называли новым «Сексом в большом городе», потом присмотрелись и взяли свои слова обратно: кроме цели — абстрактного счастья в большом городе, у героинь двух сериалов нет ничего общего. Даже декорации, хотя в обоих случаях на заднем плане маячит Нью-Йорк, не совпадают — «Секс» живет на Манхэттене, а «Девочки» в Бруклине (хотя временами кажется, что в соседнем подъезде). У первых безупречный макияж, у вторых — субботний отпечаток подушки на страдальческих лицах; первые ходят в рестораны и бутики, вторые — в них работают; первые сидят на модных диетах, вторые закидываются на ночь гамбургерами. Но главная новость в том, что женские персонажи «Девочек» ничем не лучше, чем мужские. Для телевидения, где лишь героям-мужчинам позволено вести себя по-свински, это очень передовое «равноправие».

Почему это важно для нас? Потому что «Девочки» выбрали самый простой и доходчивый образ — ­толстую попу главной героини, снятую крупным кадром, — чтобы напомнить нам о важном: никто никому не должен. Телевидение не обязано показывать зрителям подтянутые тела и идеальные жизни ради рейтингов (получите «Секс в большом городе», «Город хищниц» и иже с ними), женщина не обязана иметь модельные размеры, чтобы быть любимой красавчиком с Бродвея. Или не быть — красавчик тоже никому и ничем не обязан.

В предыдущих сериях:

• «Да не нужен мне бойфренд! Нужен кто-то, кто станет проводить со мной все свободное время, будет думать, что лучше меня никого нет, и захочет заниматься сексом только со мной. Всего-то дел».

• «Как бы ты меня ни назвал, я уже себя так называла — возможно, полчаса назад».

• «Вы только не пугайтесь, но я думаю, что я — голос своего поколения. Ну, может, и не своего, но какого-то поколения — точно».

«Мастера секса»

мастера секса

Что это? Элегантная медицинская драма о докторе Уильяме Мастерсе, который вместе со своей ассистенткой, а впоследствии женой Вирджинией Джонсон исследовал человеческую сексуальность в конце 1950-х, когда той отказывали в существовании.

Почему это важно для ТВ? До «Мастеров» существовал миллион сериалов о смерти, но ни одного о том, как люди приходят в этот мир. Прежде секс никогда не был центральной темой — cко­рее наградой для зрителя, который раскошелился на кабельное; в «Мастерах секса» (Masters of Sex) это могущественное средство познания мира, манипуляции близкими людьми, притеснения слабых и незащищенных — геев, проституток, иммигрантов (действие, напоминаем, происходит в Америке 1950-х). Говорить о сексе в заведомо сложной социальной плоскости и при этом собирать такие рейтинги — это большая и важная удача. К тому же «Безумцы» вот-вот закончатся, а нам нужен новый сериал про американское ретро.

Говорить о сексе в сложной социальной плоскости и собирать такие рейтинги — важная удача»

Почему это важно для нас? «Мастера» действуют отрезвляюще: смотреть сериал и не думать о том, как нам повезло жить — и любить — сегодня, а не, скажем, пятьдесят лет назад, практически невозможно.

В предыдущих сериях:

• «В том, что касается постели, норма — ­понятие растяжимое».

• «Вагины не кусаются».

• «Мужчины — идиоты, ­даже гениальные».

• «Я люблю ее, но она меня доконала. Чего она вообще хочет?» — «Чего хочет женщина, с которой ты спишь? Тайна происхождения жизни и рядом не стояла с этим вопросом».

• «Какие данные собираем сегодня? Ах да, нам нужно проверить твою гипотезу о том, что мужчины совершенно бесполезны».

«Супружеский долг»

супружеский долг

Что это? Занимательное исследование семейных отношений, намертво увязших в мнимом благополучии.

Почему это важно для ТВ? Сериалов про семейный кризис, осложненный кризисом среднего возраста, — великое множество, но предлагаемый выход всегда пролегает где-то между барной стойкой и кушеткой психоаналитика. «Супружеский долг» (Satisfaction) идет своим путем: узнав, что любимая и, казалось бы, любящая жена изменяет ему с мужчиной по вызову, главный герой — успешный финансовый консультант — добросовестно решает выяснить, в чем соль, и сам становится эскортом — само собой, в познавательных целях. Вот, наконец, хороший пример активной жизненной позиции.

Почему это важно для нас? Про «Супружеский долг» еще толком ничего не ясно — идет первый сезон, но при всем абсурде сюжета посыл у сериала достойный: чтобы спасти отношения, необходимо разобраться в чувствах второй половины, но в первую очередь — в собственных, а это как раз сложнее всего.

В предыдущих сериях:

• «Если сейчас сорвем свои маски, можем друг друга и не узнать».

• «Хочешь, посоветую хорошие антидепрессанты?» — «Спасибо, но проблема в том, что мне надо чувствовать больше, а не меньше».

• «Я не эскорт! Я просто парень, который пару дней сходил с ума и получал за это деньги».


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.