Стиль жизни

Гастрономические тренды, популярные маршруты для путешествий, ультрамодные гаджеты, интерьерные тренды и автомобильные тест-драйвы.

Эксклюзив ELLE: интервью с Пауло Коэльо

Накануне выхода нового романа Пауло Коэльо «Адюльтер» ELLE поговорил с бразильским писателем о женщинах и магическом реализме

Пауло Коэльо

Его книги переведены на 80 языков, а тиражи превысили 150 млн экземпляров. Многие критикуют его за популизм и заимствования, но Коэльо, который своими любимыми авторами называет Генри Миллера и Хорхе Луиса Борхеса, продолжает оставаться одним из самых известных писателей мира.

ELLE О чем ваша новая книга?

ПАУЛО КОЭЛЬО Идею романа «Адюльтер» мне помогли подыскать читатели. У меня много поклонников в соцсетях, и я решил обсудить с ними одну из главных проблем современности — депрессии. В течение дня мне пришло свыше тысячи писем, и во многих люди писали, что чувствуют себя в депрессии из-за измен. Мне стало интересно, и я начал читать в интернете истории об изменах. И понял, что люди могут простить, если ты разок прыгнул в койку с другим человеком. Другое дело — адюльтер, отношения на стороне. В основе адюльтера лежит страсть, и именно это мне стало интереснее всего.

ELLE Как вы относитесь к тому, что ваши читатели в основном женщины?

П.К. Да, более 60 % моих читателей — женщины, но мои книги читает и множество мужчин. Я не делю литературу на мужскую и женскую, а пишу книги, которые хочу, и рад всем читателям, независимо от пола и возраста.

ELLE Считаете ли вы себя продолжателем традиций латиноамериканского ­магического реализма?

П.К. Можно сказать и так. К сожалению, в последнее время этот жанр менее популярен, чем раньше. Но я предпочитаю работать именно в нем. Магический реализм говорит, что нельзя найти логическое объяснение всему, и это так и есть.

ELLE Сегодня вы — один из самых продаваемых авторов. Насколько важна для писателя популярность?

П.К. Моя задача — не продавать книги, а делиться мыслями. Писатель должен писать. В 1986 году у меня было все — деньги, жена; я был успешным композитором, но был несчастен. Тогда я решил совершить паломничество в Сантьяго-де-Компостела. Я обещал себе, что в конце путешествия либо забуду о мечте стать писателем, либо напишу книгу. В итоге написал. Это было нелегко. Но нужно выбирать между жизнью настоящей (не обязательно счастливой), в которой ты бросаешь вызов окружающим, и жизнью комфортабельной, безопасной. Второй вариант хуже, потому что на самом деле человек никогда не бывает в безопасности: любой из нас может умереть в любой момент. Так что лучше не тратить время попусту и жить полной жизнью.

Роман «Адюльтер» исследует ­природу женских измен и ­предательств

Роман «Адюльтер»

ELLE Почему центральными фигурами большинства ваших романов оказываются женщины?

П.К. Это сложный вопрос. Для меня творчество в принципе акт феминизированный. Мужчина намного более логичен. Если он решил написать книгу, он сначала набросает план и черновик. Но креативность и вдохновение требуют открытости. Для меня писать — значит давать жизнь. Я влюбляюсь, занимаюсь любовью, зачинаю ребенка, я должен произвести его на свет. Мне требуется своего рода женская сила. И чтобы подпитывать эту силу, порой я пишу от лица женщины. Так появились «Брида», «Одиннадцать минут», «На берегу Рио-Пьедра села я и заплакала». Я настолько погружаюсь в своих персонажей, что порой сложно отличить их мысли от собственных. Иногда, просматривая свои заметки, я думаю: «Ого, какая из меня получилась интересная женщина!»

ELLE Вы были женаты 4 раза, но с нынешней супругой живете уже много лет. Как не ошибиться в любви?

П.К. Главное — признавать тот факт, что люди меняются. Когда люди женятся, они думают, что проживут с одним и тем же человеком всю жизнь. Но это не так. Я женат 35 лет. И сегодня моя жена совершенно другой человек — и физически, и психологически, нежели та женщина, на которой я женился когда-то. Все меняется. Чтобы ваш брак стал благословением, а не проклятием, нужно принимать изменения как данность. Ну и, конечно же, любовь должна быть сильнее всего.

ELLE Многие называют ваши книги главными в своей жизни. А кто для вас самый важный писатель?

П.К. Я назову двух авторов. Первый — Генри Миллер. Когда я прочел «Тропик Рака», я решил, что однажды буду писать, как он. Второй – Хорхе Луис Борхес. В юности я как-то встретился с ним лично, но побоялся подойти. Сейчас очень жалею, что был таким трусом. Мне стоило быть заговорить с ним, но я просто подумал: «Я так молод, а он так мудр, что я ему скажу?». Но эта дистанция была сотворена не Борхесом, а мной самим. И сейчас иногда я вижу людей, которые шепчутся «Это же Пауло Коэльо», хотят заговорить со мной, но стесняются подойти. Не надо бояться.

ELLE благодарит издательство АСТ за помощь в организации интервью


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.