Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Наука ЭКО

Несмотря на то что репродуктологии уже не один десяток лет, процедура ЭКО вызывает массу вопросов — и технических, и связанных с моралью и этикой. ELLE попросил ведущих специалистов России объяснить, что к чему.

image

В экспертный совет вошли: Владислав Корсак, гендиректор Международного центра репродуктивной медицины (Санкт-Петербург), Ирина Витязева, зав. отделением вспомогательных репродукционных технологий Эндокринологического научного центра (Москва), и Виктория Залетова, главный врач клиники «Мама» (Москва).

ELLE: Бесплодие — это болезнь?

Владислав Корсак: Да, бесплодие входит в международный классификатор болезней. Его причины различны: 22 у женщин, 16 — у мужчин плюс смешанные причины. Кстати, если затронуть религиозную тему: в Библии одно из первых страданий человека — это бесплодие. Вспомните историю Авраама и Сары, Рахили, Лии, Иакова… Во всем мире государства выделяют средства на решение этой проблемы. Например, в Бельгии предусмотрены шесть бесплатных попыток ЭКО. В Израиле вообще нет ограничений. В России существуют федеральные и региональные квоты на лечение бесплодия, а с 2013 года оно включено в ОМС.

Ирина Витязева: Бесплодие — это утрата той или иной части репродуктивного здоровья, а значит, болезнь. Надо учитывать, что у подавляющего большинства пациентов, кроме проблем с репродуктивным здоровьем, имеется еще и нарушение психологического здоровья — фактор центрального генеза. Не получается зачать сразу легко и просто — пациент начинает казнить себя или искать причину в партнере. Чем больше стаж бесплодного брака, тем сложнее работать с такими парами. Пациенты не верят сами себе, не верят врачу. Поэтому, кроме репродуктологов, с ними должны работать психологи. Я всегда говорю, что ЭКО — это чудо, но не волшебная палочка. Нельзя прийти, сделать ЭКО и в 100 % случаев получить долгожданную беременность. К сожалению.

Виктория Залетова: Мужской и женский факторы в равной степени влияют на возможность иметь детей. Мужское бесплодие не редкость, и у нас есть эффективные способы его преодоления. Например, если в сперме нет жизнеспособных сперматозоидов, мы можем найти их в яичках с помощью микрохирургической операции (TESE), культивировать и успешно провести оплодотворение. В нашей клинике был зачат первый в стране здоровый ребенок, отец которого страдал синдромом Клайнфельтера. Мужчины с этим диагнозом не слишком стремятся иметь своих детей, ведь заболевание передается по наследству, им легче пойти на донорскую программу. Теперь они должны знать: у них тоже есть шанс родить здоровых детей. Помогает преимплантационная диагностика: мы проверяем, все ли в порядке с ДНК эмбриона, и подсаживаем маме только здоровых малышей. Это выход и при резус-конфликте между матерью и ребенком, который при естественной беременности заканчивается выкидышем. Мы создаем ­условия, при которых мать может выносить ребенка.

image

ELLE: Сколько попыток ЭКО может сделать женщина? Это опасно?

В.К.: Жить вообще опасно… И беременность вредна — в той же мере, в какой и полезна. Пугают чаще всего перспективой заболеть раком. Но частота рака в мире с начала применения ЭКО не растет, а процедур проведено не меньше 20 миллионов. Женщина рискует в любом случае: при беременности — риск возникновения рака тела матки, при отсутствии беременности — рака шейки матки. Однако отсутствие беременности хуже — тело женщины создано для воспроизводства. У нас была пациентка, у которой беременность наступила на 22-й попытке, другая забеременела двойней на 13-й попытке. ЭКО можно повторять через 2–3 месяца, все зависит от физического состояния женщины. Есть методы лечения, предшествующие экстракорпоральному оплодотворению. Считается, что, если в течение двух лет беременность не наступила естественным путем, нужно переходить к ЭКО.

И.В.: Пациенток, прошедших по 10–15 попыток ЭКО, очень много. В моей практике была пациентка, родившая после 25-й попытки. Лечение бесплодия проводилось в течение 7 лет. За это время у женщины наступило три беременности, но первые две закончились неудачно. И только третья беременность завершилась рождением здорового ребенка. Женщина пережила все это стоически. С точки зрения физиологии она переносила неудачи адекватно, но с психологической точки зрения… Это очень тяжело — и для пациента, и для врача. Чувствуешь огромную ответственность за женщин, которые каждый раз к тебе возвращаются, делишь с ними и боль, и радость, проникаешься большим уважением к пациенткам, которые пытаются бороться за свое счастье. Иногда у них сдают нервы, они плачут, но не отстраняются, не взваливают всю ношу на врача — они помогают ему, вместе крутят землю и приближают тот момент, когда станут родителями.

ELLE: Сколько эмбрионов обычно подсаживают?

В.К.: Лучше всего подсаживать один, максимум два эмбриона. Запрета на подсаживание трех-четырех нет, но есть опасность многоплодной беременности. Женщина устроена так, чтобы вынашивать одного ребенка. Даже двойня классифицируется как патологическое акушерство. Но эмбрион может делиться — и тогда рождаются однояйцовые близнецы. Происходит это само по себе. В позапрошлом году мы перенесли два эмбриона, а наступила беременность пятью плодами. В итоге произошел выкидыш на 24-й неделе.

ELLE: Кто решает, сколько эмбрионов перенести, и как вы определяете, какой именно эмбрион будет подсажен?

В.К.: Нет стопроцентной гарантии, что данный конкретный эмбрион разовьется в ребенка. Мы имеем дело с 3–5-дневными эмбрионами и выбираем «лучшего» по норме развития. А что будет происходить дальше, определяется природой. 78 % замерших беременностей (до седьмой недели) связаны с генетическими проблемами: природа наблюдает и останавливает беременность. У женщин, кстати, могут быть беременности, о которых она даже не подозревает. Допустим, в середине цикла произошло оплодотворение, но природа решила приостановить развитие эмбриона, и через две недели наступили месячные. Женщина уверена, что она не беременна, но на самом деле она была в положении очень недолгое время.

В.З.: Решает женщина. Но искусство врача в том и заключается, чтобы убедить, когда это необходимо. Если получается много здоровых эмбрионов, их можно заморозить «на будущее». Раньше криоконсервация была медленной, внутри эмбриона успевал образоваться лед, процедура переносилась плохо. При быстрой заморозке, которая существует сейчас, эмбрион минует стадию льда и сразу переходит в гелеобразное состояние. Замороженных эмбрионов наши пациенты называют «снежинками», и они не отличаются от «свежих». Хранить их можно очень долго. У нас есть пара, родившая двойню, а еще двух эмбрионов они решили заморозить. Родители вернулись к нам через шесть лет и снова родили двойню. Все мальчики — практически хоккейная команда! Братья в этой семье «зачаты» одновременно, а родились с разницей в шесть лет. Фантастика для стороннего наблюдателя. Для нас — повседневная реальность, один из способов лечения, который мы применяем. Хорошо это или плохо, можно спорить долго. Взгляд репродуктолога более приземленный: пришла пара, есть задача родить ребенка и варианты решения. Космос, мироздание — это нас мало волнует.

image

ELLE: Есть мнение, что врачи, практикующие ЭКО, вмешиваются в законы природы и осуществляют некий искусственный отбор.

В.К.: Мы создаем условия для рождения ребенка, причем только на определенном этапе и без гарантий счастливого исхода. Природа регулирует сама и пол, и черты характера.

И.В.: Это, конечно, случайный отбор. Я не знаю, кого я переношу матери, мальчика или девочку. Исключение — перенос эмбриона после проведения преимплантационной генетической диагностики. Пол в этом случае известен. Но для генетического исследования должны быть показания. Один мой коллега сказал, что мы всего лишь провайдеры воли Бога. Кого Бог даст, тот и родится.

В.З.: Это мнение людей, не столкнувшихся с проблемой бесплодия лично. Если пара хочет иметь ребенка, но у них есть проблемы, существует только один выход — обратиться к специалисту. Роберту Эдвардсу, ученому, который придумал ЭКО, дали Нобелевскую премию. Как еще оценить вклад человеческого ­разума в жизнь людей? Каждый из нас волен жить, как считает нужным. Но навязывать свою точку зрения другим людям неправильно. Что касается «программирования» ребенка, в нашей стране, например, селекция пола запрещена законодательно. Нельзя прийти и сказать: «Хочу только мальчика!» Не говоря уже о чертах характера.

ELLE: Как вы объясните распространенную ситуацию, когда женщина, сделавшая ЭКО, через некоторое время рожает второго ребенка естественным путем?

И.В.: Есть женщины, у которых продолжительность бесплодного брака — 12–15 лет. Первые дети рождаются с помощью ЭКО, а вторые и даже третьи «получаются» сами. Возможно, уходит тот самый фактор центрального генеза. Женщина рожает ребенка и «расслабляется», у нее появляются другие заботы, она перестает считать благоприятные для зачатия и критические дни. Исчезает патологическая связь между головным мозгом и репродуктивной функцией — и женщина беременеет. Иногда такое происходит, когда меняется половой партнер. Поэтому не уделять мужчинам должного внимания невозможно. Мужское бесплодие занимает ­30–50 % в проблеме бесплодного брака.

В.З.: Да, такое бывает, если ЭКО делали по причине субфертильности. Это «пониженная плодовитость». Не бесплодие, просто в данный конкретный момент пара не может зачать ребенка. Иногда я превращаю консультацию в лекцию по здоровому образу жизни. Объясняю, что нужно немного подождать, перестать нервничать, отдохнуть и после этого попробовать снова. И часто получается забеременеть!

ELLE: Вы следите за судьбой детей, родившихся с вашей помощью?

В.К.: Первый ребенок у нас родился в 1994 году, и, к сожалению, я про семью ничего не знаю — не все хотят «оставаться на связи». Но многие наши пациенты держат нас в курсе, присылают письма и фотографии взрослеющих деток. Один из ребят недавно к нам приезжал — он прекрасно знает историю своего рождения с «пятой попытки».

И.В.: У меня за 24 года практики родилось более 3 000 детей. Самому первому ребеночку 23 года — это уже взрослый человек, молодой мужчина. Есть очень талантливые дети — музыканты, лауреаты всевозможных конкурсов, спортсмены, многие хорошо поют, рисуют. У нас в палате, где отдыхают женщины после переноса эмбрионов, висят картины девочки Маши, рожденной с помощью ЭКО 17 лет назад (кстати, с 15-й попытки), — она, по мнению многих, очень хорошая художница.

ELLE: В чем будущее репродуктологии и будет ли создана искусственная матка?

И.В.: В прошлом году на одной международной конференции был сделан доклад о трансплантации матки молодой женщине. Да, матка прижилась, она выполняет одну из своих функций — менструирует. Но сможет ли она выполнить детородную функцию? Пока не известно. Не исключено, что когда-нибудь мы изобретем искусственное плодо­вместилище и будем «выращивать» ребенка вплоть до рождения. Но стоит ли вообще стремиться к созданию искусственной матки? Связь между матерью и ребенком больше, чем просто физиологическая. Инкубаторы — удел фантастов. Все-таки мы не роботы. Хотелось бы остаться людьми.


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.