Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Здоровый интерес

Что такое здоровый образ жизни и реально ли его вести в современных, зачастую стрессовых условиях? В поисках ответа на вопрос редакторы ELLE решили провести эксперимент: специально для вас мы занимались спортом, отказались от вредных привычек, правильно ели, спали и даже думали позитивно. И вот результат

Платье, Prada

Платье, Prada

Что такое здоровый образ жизни и реально ли его вести в современных, зачастую стрессовых условиях? В поисках ответа на вопрос редакторы ELLE решили провести эксперимент: специально для вас мы занимались спортом, отказались от вредных привычек, правильно ели, спали и даже думали позитивно. И вот результат

Ольга, старший редактор

«Доктор вводит мои данные в компьютер, нажимает enter и смотрит на меня с сожалением»

Я жирная. У меня даже справка есть. И еще я сохну, но не от любви. Вот так две недели эксперимента практически перевернули мою жизнь.

Цель моего опыта — есть овощи. В смысле, питаться сбалансированно. Плюс зарядка. Дело в том, что в моем мире салат — это не еда. Для меня перебить яблоком голод — пытка. После яблока я могу съесть поросенка. Конечно, все эти годы я понимала, что это неправильно. Делала робкие попытки включить в свой рацион руколу и авокадо. Но в корне изменить отношения с едой решилась только в рамках нашего эксперимента.

Итак, день первый. На обед заказываю овощной суп, на ужин варю цветную капусту. Съедобно, конечно… В 10 вечера меня срубает напрочь, а ведь обычно я ложусь спать не раньше полуночи. В 00.00 я просыпаюсь. За окном поют. Продираясь сквозь сон, пытаюсь понять — мелодия уж очень знакомая. Гимн России! Глубокие сильные голоса под окном выводят гимн и слова поют современные, без всяких там «великий могучий Советский Союз». До эксперимента с овощами у меня под окнами обычно слушали группу «Мираж» или «Черные глаза». Но мне все равно. У меня голод.

На второй день эксперимента дорогу мне дважды перебегали люди в белых халатах: сначала одна женщина, а потом целая группка. Я подумала, что это знак, поэтому решила продолжать эксперимент под контролем врача.

Отправляюсь к врачу-диетологу Лидии Ионовой, основателю и генеральному директору «Клиники доктора Ионовой». Коротко изложив цели и задачи редакционного опыта и предупредив, что на все про все у меня есть две недели, я ожидала получить общие рекомендации: все-таки я не худеть собираюсь, а совсем наоборот — есть. Однако Лидия Леонидовна берется за меня всерьез: измеряет талию и бедра («Великолепно, идеально, очень женственно»), вес и рост («Все просто прекрасно!»), а затем укладывает на кушетку. Специальный прибор, похожий на тот, каким делают ЭКГ, считает, сколько во мне жировой ткани, внеклеточной и внутриклеточной воды и мышц. Доктор вводит все мои данные в компьютер, нажимает на «результат» и смотрит на меня с сомнением. Затем вводит еще раз, снова enter, смотрит с сочувствием.

Принтер выплевывает справку, согласно которой жира во мне больше на 10 процентов, чем нужно, мышечной массы — на 10 меньше, а еще во мне очень мало внеклеточной жидкости.

«Будем работать», — доктор Ионова достает голландский опросник пищевого по­ведения. С его помощью определяется, из-за чего человек ест не так. Я провалилась по всем трем параметрам. У меня неправильное эмоциональное поведение (когда я злюсь, то, чтобы не съесть людей, ем еду); экстернальное пищевое поведение (могу жевать что-нибудь за компанию с приятными людьми), а еще — ограничительное пищевое поведение (это значит, что, зная о своей любви к еде, я постоянно себя останавливаю и в итоге — голодаю или ем совсем не то!).

Затем мы анализируем мой рацион (вредные консервы, фастфуд и колбасу я не ем, впрочем, полезные овощи, фрукты и крупы — тоже), и я получаю задание на неделю. Обычные пациенты после первого визита свои привычки не меняют, а просто ведут дневничок, куда записывают все съеденное и выпитое за день. У меня же пятилетка за три дня.

Возвращаясь на работу, шлю радостное sms подруге: «Я жирная!» — «У тебя весь жир — в груди», — тут же то ли успокаивает, то ли издевается Мария.

Отныне я не ем овощи — я ем все. И ем много. Мой рацион выстраивается в соответствии с пищевой пирамидой: каждый день надо съесть определенное количество овощей, фруктов, молочных и крахмалистых продуктов, белка и жира, а также выпить не меньше полутора литров воды. Если бы вы знали, как тяжело это все съесть! Я не доедала! Если я выполняла норму по белкам, на крупы сил не оставалось, съев овощей, я забывала про молоко. Впрочем, не могу сказать, что это сложно. Если подойти к здоровому питанию как к квесту и набирать необходимое количество порций, как ключи и монетки, то даже сражаться с монстрами не придется — чувство голода у меня пропало, кажется, навсегда.

На втором занятии мы с Лидией Леонидовной анализируем успехи: с жидкостью стало лучше, жира чуть меньше, правда, с мышечной массой прогресса нет. Я призналась, что порции мне не по силам, и мы скорректировали цели. Очередной тест, который характеризует меня как «удобного потребителя», «ночного кусочника» и «безовощного чревоугодника», и новые контрольные точки. О да, определенно, чревоугодие — мой смертный грех.

Не думайте, что я забыла о зарядке. Я просто не находила на нее сил всю первую неделю. Зато во вторую я просто не могла остановиться! У меня есть приставка, на которой можно играть, по-настоящему размахивая мечом или боксируя. Сколько же я врагов перерубила за эти дни! «Конечно, — обрадовалась Лидия Леонидовна, — овощи и крупы дали энергию!» Я, словно курильщик, который, пройдя ломки, вдруг почувствовал запахи цветов, вкусной еды, воздуха после грозы. Я стала бодрее, веселее. Вечерами я больше не сижу в кресле обреченным овощем, я эти овощи ем. А потом занимаюсь спортом, читаю, пишу. Я нормально просыпаюсь, а не как обычно, с мыслью, что лучше уж сразу умереть.

И да, кажется, я похудела. Судя по одежде, измерениям в центре и комментариям бьюти-директора Маши Тараненко.

По окончании эксперимента я решила рассказать о нем папе. Он врач-реаниматолог и знает про все на свете. «Доченька, обычно погрешность при таком измерении составляет десять процентов, — резюмировал мои восторги папа. — Но если тебе все это нравится...» Возможно, он прав. Для меня это означает лишь то, что я не такая уж и жирная, а еще могу управлять своим настроением, голодом и силами.

Жакет, Balenciaga; джинсы, Gap

Жакет, Balenciaga; джинсы, Gap

Ирина, продюсер

«Следовать правилам было просто, решиться — гораздо сложнее!»

В рамках здорового образа жизни я должна была отказаться от сладкого, а еще — больше двигаться. На редакционном собрании я торжественно пообещала подниматься на свой 12-й этаж только пешком. Но эту часть задания тут же провалила: в первый же вечер, начав восхождение, я обнаружила, что на третьем и восьмом этажах не горит свет, а на седьмом живут отчаянные собаководы — опасность подстерегает на каждом шагу. Поэтому я решила вечером дома делать зарядку: 20 отжиманий, два подхода по 50 раз на пресс и упражнения на заднюю поверхность бедра — достойная и безопасная замена хождению по лестнице.

Добровольно отказаться от шоколада я смогла только ради журнала. В первый день, когда перед моими глазами то и дело маячили вкуснейшие конфеты «Ласточка», мне было крайне тяжело не стащить хотя бы одну штуку. Особенно сложно было подходить к дизайнерам: у них по традиции весь стол завален всякими печеньями, безе, орехами в шоколаде и прочей дребеденью. Говорят, что у нас все новые дизайнеры, как правило, за первые две недели работы прибавляют пару кило. Но уже на третий день, проходя мимо «Ласточки», я даже и глазом не повела. На второй неделе эксперимента на глаза мне попался старый номер одного глянцевого журнала, а в нем – 6 диет от нью-йоркского диетолога Яна Смита. Каждая из программ рассчитана на 4 дня, следовать им легко. Руководство к действию я вырезала и вклеила в свой ежедневник. Думаю, если бы на эксперимент мы отвели больше двух недель, я бы, возможно, так и на тай-бо записалась, и обливаться холодной водой начала. Впрочем, не исключаю, что так оно и произойдет. Весы меня очень даже радуют, да и чувствую я себя лучше. Хочу ли я конфет? Нет. Скучаю ли я по ним? Немного. В любом случае я постараюсь и дальше есть их как можно реже. Следовать эксперименту было просто. Решиться — гораздо сложнее.

Платье,  D&G; топ, Faith

Платье, D&G; топ, Faith

Жанна, редактор

«Сколько литров кофе я пью ежедневно — надеюсь, моя кофеварка унесет это знание в могилу»

Мои дурные привычки лучше даже не начинать считать. Так что отказ от кофе, газировки, фастфуда и попытка ложиться спать вовремя — лишь крошечный шаг в сторону здорового образа жизни.

У меня никогда не было проблем лишь со сном: могла уснуть в любое время, в любом месте и положении (был прецедент, когда заснула, стоя в метро). Но за последние пару лет все изменилось, режим и биоритмы пошли к черту, и раньше четырех утра я не ложусь. Ночью лучше работается, читается, думается и пишется —Skype, «В контакте» и Facebook молчат. Из школьного курса биологии помню, что сон должен быть кратным полутора часам. В Интернете прошла тест. Результат — мне пора к сомнологу, принимать снотворное, лечить нервы, а то и вовсе обратиться к психотерапевту. Попробую справиться своими силами. Теплая ванна с лавандой, чай с ромашкой, и никаких ночных кинопросмотров. Но я не могу уснуть в тишине! Поэтому в кровати всегда есть ноутбук и iPhone (перед сном приходят хорошие идеи, которые лучше сразу записать). Избавимся от гаджетов во имя спокойного сна. Еще одна здоровая установка: ложиться надо не позже полуночи, а значит, в 23.30 выключаю ноутбук и пытаюсь уснуть. Первую ночь трудно назвать удачной. Пролежав два часа в тишине и темноте, пялясь в потолок, я поняла, что эксперимент уже обречен. Посмотрев пару серий Gossip girl, я наконец угомонилась. Со следующего вечера мой друг, проникнувшись идеей эксперимента, взялся напоминать мне, когда пора идти спать. Пел колыбельные и даже рассказал однажды сказку. Иногда это помогало. Перестроиться на «нормальный» режим — спать ночью и бодрствовать днем — удалось к началу второй недели, но просыпаться раньше восьми утра все равно было сложно. Зато я перестала засыпать в метро и университете. Одно «но» — мне больше не снились сны.

Другая часть моего испытания — отказ от фастфуда и колы. Они всегда идут в одном комплекте. Зайти в «Макдоналдс» на неделе с другом, перекусить между парами сэндвичем в университете и съесть тост по дороге на работу — само собой разумеется. Но, как оказалось, жить без этого можно и даже нужно, не зря же Чак Паланик писал: «У вас нет власти над жизнью и смертью, разве что только тогда, когда вы заказываете в «Макдоналдсе» гамбургер». Но в итоге это оказалось самой легкой частью эксперимента. Я полностью перешла на домашнюю еду и не скажу, что осталась недовольна. Более того, я не поддавалась на провокации коллеги, которая с закатыванием глаз соблазняла меня «баночкой колы со льдом и легким шипением пузырьков».

Крепкий черный кофе с утра, капучино по дороге в редакцию, еще чашечка с молоком перед обедом, еще литр, чтобы не уснуть на занятиях по истории и праву, кофе с корицей дома, обязательно после полуночи. Сколько литров кофе я пью ежедневно — надеюсь, моя кофеварка унесет это знание в могилу. Все началось с кофе моего дедушки, само приготовление которого уже включает элемент таинства: две ложки растворимого (!) кофе, немного сгущенки, сахар — размешать, не коснувшись ложкой стенок чашки. Но и от этого приходится отказываться. Утро без этого «напитка богов» кажется какой-то злой шуткой судьбы. Так мне казалось две недели подряд. Чтобы отказаться от соблазна выпить кофе, даже прогуглила вредные последствия его чрезмерного употребления: плохая работа печени, галлюцинации, выработка гормонов стресса, налет на зубах, депрессия. Но подействовало это так же, как на курильщика надпись: «Минздрав предупреждает…». Спустя неделю эксперимента обнаружила у себя половину перечисленных симптомов «кофеиновой» ломки: кости и мышцы сводило, настроение падало, мигрень и усталость, справиться с которой не может даже десятичасовой сон. Я старательно обходила Starbucks, дома давилась чаями со смешными названиями вроде «Наглый фрукт», на работе прятала глаза от кофемашины. Чашечка капучино с корицей и 2 ложками коричневого сахара стали чем-то вроде наваждения, избавиться от которого удалось, только когда объявили, что эксперимент закончен.

Теперь я больше сплю, до сих пор не появилась ни в одном фастфудном заведении, баночки колы не кажутся такими уж очаровательными. Но кофе. Кофе — это привязанность, c которой я пока не готова расстаться. По крайней мере, пока не начнутся галлюцинации.

Платье, Balenciaga

Платье, Balenciaga

Сати, редактор

«Говорить приятные и позитивные вещи могут даже самые мерзкие люди»

Мои коллеги долго думали, какое именно задание мне поручить, и после долгих обсуждений было решено, что в течение двух недель я должна позитивно мыслить. Разобраться, что это такое, оказалось непросто. Сначала я прочитала несколько книг про позитивное мышление. По-моему, все, что там написано, — либо известно всем, либо полный бред. В книгах есть, например, такой совет: «Научиться говорить вместо «не дурак» — умный, «не бедный» — богатый». Во-первых, смысловая разница налицо. А во-вторых, человек, что, разбогатеет, если я так буду думать? Или мне привалит наследство? С каждой новой книгой я становилась все мрачнее. Постоянные напоминания моих коллег, что я должна мыслить позитивно, давали обратный результат. После очередного «Ты же позитивно мыслишь!» хотелось собрать чемодан и уехать на остров. Там солнце, и нет людей, которые говорят глупости. В смысле, не очень умные вещи. Кстати, может, дело как раз в солнце? К моменту окончания моего эксперимента по данным метеобюро Москвы и Московской области его не было уже 20 дней. И где после этого искать позитив?

Еще один прием — думать о хорошем. Наступили в метро на ногу — «о, какой прекрасный фильм я посмотрела вчера!», сапоги насквозь промокли в московских лужах — «прекрасный повод купить новые!» Самовнушение по утрам по дороге на работу больше смешило меня, чем «лечило».

Третий важный постулат позитивного мышления: «Если ты думаешь о хорошем, то о хорошем говоришь и хорошее делаешь». На очередной планерке я, хоть и силилась думать о хорошем, получила штук 10 замечаний: «Сати, а где же твой позитив?»

Думать позитивно 24 часа в сутки, по-моему, невозможно. Как можно найти плюс в том, в чем плюсы отсутствуют? Да и зачем? А эмоции надо испытывать разные. Злиться, когда неприятности, плакать, смеяться, грустить, топать ногами — главное, чтобы к месту.

Получается, что эксперимент я провалила. А из моего текста вы можете сделать вывод, что я ужасный мизантроп. Что, конечно, близко к истине. Вопрос в другом. Говорить всякие там приятные и позитивные вещи могут даже самые мерзкие люди. Но от этого они хорошими не становятся.

Блузка, юбка, все — Chloé

Блузка, юбка, все — Chloé

Лена, шеф-редактор

Мой эксперимент над собой начался 16 лет назад, как только в моей жизни появился Он. Опыт длится до сих пор. Может, хватит?

Девочки, подъем! Через час мы уже должны плавать в свим-джиме». Суббота, на часах­ половина девятого утра, и я в который раз готова убить собственного мужа. Вместо этого — в который раз — я, скрипя зубами и обзывая мужа всеми нехорошими словами, вытаскиваю себя из постели, потом — дочь, и мы, словно зомби, большой и маленький, сонной походкой трусим в ванную умываться-причесываться, а потом в кухню — завтракать. Сын продолжает спать — он же не девочка. Еще нескладным подростком он твердо заявил о своей неприкосновенности и что он вне игры. И смог-таки свою позицию отстоять — настоящий мужчина.

«Овсянка? Нет! Только не в выходной! Я больше не могу это есть. Я хочу омлет с сыром!» — девятилетняя дочь тем самым пытается выбить из папы разрешение хотя бы полить соевым соусом кашу цвета «пасмурно», сваренную на воде и без соли. Мы обе знаем — это бесполезно. Ее отца так просто не возьмешь. По образованию (да и по призванию) он тренер, окончил институт физкультуры и уже лет 25 без перерывов и дураков ведет здоровый образ жизни. Из этих двадцати пяти я с ним живу шестнадцать. И это, я вам скажу, не жизнь, а ежедневный подвиг.

Подъем в семь, получасовая зарядка, гречка, овсянка или рис на воде с ложкой оливкового масла на завтрак, пара часов в спортзале и бассейне, полноценный обед строго в час, послеобеденный сон по возможности, обязательно прогулка — пешком или на велосипеде, полдник в четыре, ужин в шесть, после восьми — зеленый чай, кефир или фрукты, и отбой, как правило, не позже двенадцати — так у моего мужа проходят среднестатистические будни. Дела и деньги он делает в перерывах. Все успевает. Никогда никуда не опаздывает. В курсе всех новостей и тенденций, от экономики до моды. Почти всегда в прекрасном настроении, бодр, активен, деятелен, постоянно шутит и устраивает невинные розыгрыши. Друзей не счесть. Любит женщин, и они, в той или иной степени, отвечают ему взаимностью. Ухожен, всегда со вкусом одет. Выглядит хоть и на свои сорок, но роскошно — на пляже все мужчины хотят, чтобы он немедленно ушел (я, впрочем, тоже: при таком-то Аполлоне, боясь провала, заигрывать со мной никто даже не пытается), а на вечеринках, премьерах и приемах его (а не меня!) просят встать у прессвола светские фотографы. Время от времени он курит. Правда, не сигареты, а сигары или трубку. Раз в неделю пьет в гомеопатических дозах — красное с мясом или белое с рыбой. С икрой предпочитает шампанское, а водку — с селедкой, лимоном и солеными огурцами. Коньяк и односолодовый виски пьет чистыми, без льда, грамм 150 максимум, вечером, спустя пару часов после еды, плюс подогревает для них бокалы. Пиво — примерно раз в полгода, как он говорит, «чтобы поменять вкус». Телевидение считает злом и телевизором пользуется исключительно как приставкой к DVD-проигрывателю, а компьютером — разве что для чтения новостей в Интернете и разговоров по скайпу, без игр. Болеет очень редко, а если чихает и кашляет, то максимум пару дней. Таблетки не пьет в принципе, даже при температуре под сорок. А из врачей признает и регулярно посещает разве что стоматолога.

Те, кто досюда дочитал, наверняка думают, что так не бывает и я привираю — если бы! Или, наоборот, что мой муж чуть ли не бог и мне сказочно повезло жить с персональным тренером. Ну да, бог. Да, бесплатный персональный тренер. Но легко ли жить с таким богоподобием обычной земной женщине со всеми слабостями? И зачем это надо?

Мы начали встречаться, когда мне было 17. Я была девочкой из благополучной семьи, где еда была возведена в культ и холодильник считался пустым без батона колбасы, головки сыра, борща, щей, гуляша и котлет, пельменей, сосисок и торта с мороженым. Хлеб в ассортименте, сливочное масло и майонез не в счет. Я, как и все в моей семье, была склонна к полноте (мягко говоря) и ненавидела в школе диспансеризации с взвешиванием — все дети весили как дети, а я как среднестатистическая взрослая эпохи СССР. Как только ни называли меня в детстве: толстая, жирная, поросенок Фунтик, слон. А родители ласково величали тумбочкой и пытались ограничивать в еде, выдавая в день только по одному мороженому или пирожному. Стараясь похудеть, я, как могла, занималась спортом: время от времени бегала по утрам, занималась легкой атлетикой, стрельбой из пистолета и спортивным ориентированием. Не помогало. А так хотелось быть худой! Ну, или хотя бы стройной. Когда мы познакомились с Димой и стали вместе жить, я была, что называется, в теле. Как позже выяснилось, эти мои формы а-ля Кустодиев его категорически не устраивали, хотя на первых порах он никак это не демонстрировал и старался любить, как есть, и даже каждый день приносил мне конфеты с шампанским. В один прекрасный день он издалека завел речь о раздельном питании: вкратце, это когда белки не смешивают с углеводами. Я заинтересовалась, и на отварной свекле, кашах и куриной грудке, без соли, специй, хлеба с маслом и тортов с кремом мы прожили год. Причем душа в душу, по-честному — он не просто ел то же, что и я, но и готовил. Причем с энтузиазмом. И тщательно следил, чтобы я не дай бог не сорвалась. Со стороны все это выглядело как чистый садомазохизм. Но мы-то со стороны себя не видим. Помню, ко мне в гости пришла однокурсница Настя. Я взялась варить кофе и поставила на стол «гостевую» коробку конфет. Однокурсница, будучи девушкой разговорчивой, лепетала без умолку. В какой-то момент я осознала, что воцарилась тишина. Обернувшись, я увидела Настю с широко распахнутыми глазами, вперившуюся в открытую коробку конфет, где ровно посередине лежал квадратик желтой бумаги с крупно выведенным «НЕТ!!!!». Мы долго потом еще смеялись.

Помню, я тогда еще примерно год ежедневно ходила на аэробику и в тренажерный зал, где под руководством Димы выполняла им же разработанный комплекс упражнений. Зарядка по утрам с контрастным душем была чем-то само собой разумеющимся. А по ночам мы до упаду танцевали с друзьями у нас дома под группы «Мальчишник», Ace of Base и Юрия Антонова.

В результате я похудела на четырнадцать килограммов, складки исчезли и появилась талия, а на щеках даже стали намечаться скулы. Родные и знакомые не узнавали. Подруги не могли поверить и спрашивали, что за таблетки я принимаю и где так удачно делают липосакцию. Число фанатов и потенциальных женихов росло в геометрической прогрессии, и я чуть ли не летала от счастья и переполнявшей меня энергии. Дима тоже был горд и доволен.

С тех пор я худая, и никто из друзей и знакомых, появившихся после 1996 года, не может поверить, что когда-то я весила сильно больше шестидесяти. Я и сама до сих пор удивляюсь и, признаться, жутко боюсь возврата к «поросенку Фунтику». По-прежнему стараюсь есть раздельно, но уже без фанатизма — могу себе позволить даже торт с кремом вечером после 11. Но к сладкому сейчас я равнодушна и ем разве что горький шоколад или пью кофе с сахаром. Да и то, когда чувствую, что надо, иначе смерть мне от дефицита глюкозы и эндорфинов в крови. Я стала не просто разборчивой в еде, я вообще стала более разборчивой — в связах, привязанностях, одежде. Потребность в фитнесе и овсянка на завтрак давно стали частью моей ДНК, и без них я чувствую себя потерянной. Вместе с тем все чаще я ловлю себя на том, что с упоением читаю про персонажей вроде Линдсей Лохан и прочие истории, где люди ведут разбитную жизнь, много пьют, мало спят, едят пиццу на ночь, встают после полудня, часами смотрят сериалы по ТВ и делают прочие глупости. Я им тихо завидую и тоже так хочу. Я хочу, чтобы мой муж был повесой и хулиганом, с похмельем по утрам — это так трогательно и по-человечески.

И возбуждает почему-то гораздо сильнее, чем игра мускулов и живот, испещренный кубиками. Кефир на ночь — это, безусловно, хорошо и полезно, если б не было так скучно. А я так молода, мне всего-то 33 с парой месяцев. Какой пример я подаю сыну с дочерью? Что я в старости буду вспоминать? Что интересного и поучительного расскажу внукам?

У меня есть ощущение, что мои мысли вот-вот начнут материализовываться. Слава богу, я хотя бы курю и пью шампанское несколько раз в неделю. Значит, начало положено.

Фото: Слава Филиппов


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.