Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Социальный интернет

Не ищите Игоря КУЗЬМИЧЕВА в социальных сетях — его там нет. Он считает, что Интернет — это всего лишь инструмент. И не каждому стоит брать его в руки.

image

Не ищите Игоря КУЗЬМИЧЕВА в социальных сетях — его там нет. Он считает, что Интернет — это всего лишь инструмент. И не каждому стоит брать его в руки

Писатель Гришковец вроде бы не пользуется компьютером. Верней, пользуется, но не сам. И даже ведет успешный и посещаемый блог в Интернете — чужими, как говорится, руками. И ничего, нормально. С одной стороны, это удивляет: мол, как можно не уметь такое? А с другой стороны, отчасти радует. Нет, ну, правда, никто ведь не обязан дружить с высокими технологиями. И вообще, когда кто-то не нуждается в очевидном, это по-своему восхищает.

Какой из этого можно сделать вывод? То, что штуки, которые по привычке называют высокими технологиями, давно таковыми не являются. Ну какие они High, если любой младенец вовсю пользуется аськой или на худой конец электронной почтой. Недоступное плотно ушло в массы, и этот процесс уже не тормознуть.

Кстати говоря, не всем подобная демократизация по душе. Поясню, что я имею в виду. Вот мой папа. Дипломированный математик, он был в числе тех, кто одним из первых в шестидесятые освоил чудо-агрегат под названием ЭВМ — электронно-вычислительная машина. Сочинял какие-то специальные программы, что-то там проектировал. Отдал этому, можно сказать, всю жизнь. И всю эту самую жизнь пребывал где-то посередине между Зевсом и Дэвидом Копперфилдом, с явным перекосом в сторону Зевса. Так его воспринимал я, так к нему относились другие простые смертные, для которых три буквы ЭВМ были обозначением чего-то совершенно недоступного их разумению. И не сказать, чтобы моего отца подобное к себе отношение тяготило. Наоборот, ему это льстило. Что, в общем, вполне понятно.

Когда у нас дома в конце 1980-х возник первый PC — персональный компьютер, это была фантастика. Днем папа работал, вечерами я играл на ПиСи в «стакан». Мне были показаны четыре кнопки — вверх, вниз, влево, вправо; большего не дозволялось. Даже выключал машину отец. Казалось, так будет всегда. Пока в середине девяностых не возник Интернет. И всю эту мифологию, которой компьютерная тема была обвешана, как битая «девятка» гоп-тюнингом, сдуло, словно ее тут и не лежало. Из священнодействия комп превратился в массовую игрушку. Мой папа страшно злился. Его это дико бесило. А толку? Поезд ушел, и поделать с этим ничего было нельзя. Последней каплей стал прецедент, когда, будучи в гостях, отец взялся оживить зависший «Пентиум», но его опередил 12-летний сын друзей. Трагедия заключалась в том, что мой папа был теоретиком, а компьютерная сфера быстро превратилась в удел практиков. Библия обернулась элементарным молотком, которым забивают гвозди. Ну или, если выражаться проще, превратилась в инструмент, требующий лишь незатейливых навыков.

На мой взгляд, это нормальная, житейская процедура — от сложного к простому. Это правило применимо и к Интернету. Верней, к социальному Интернету.

Помните, как все начиналось? Сначала были какие-то несуразные чаты, где люди знакомились. Потом все приняло более конкретную, индивидуальную форму — блоги. У миллионов графоманов появилась возможность заявить о себе, даже если их никто и не читал. Люди наколачивали тысячи знаков, изливая души. Однако нельзя засорить то, что не имеет предела. А Сеть, как известно, безгранична, и в том ее как плюс, так и минус. Дальше возникли социальные сети. Общаться стало проще. Человек мог не кропать посты обо всем подряд, дабы завести друзей — нарыть их, потенциальных френдов, можно было в той же социальной сети. И выражать себя не через тексты, а через внешние вещи. Выложить свои фотки в стиле «я и красивая жизнь» (по мотивам горящей путевки в Хургаду). В графе «любимые фильмы» перечислить все, что посмотрел в кино за последние десять лет. И так далее. Короче, с блеском выдать желаемое за действительное. Все это — я имею в виду социальные сети — быстро приняло уродливые формы, как, впрочем, и любая другая массовая истерия. Хотя была от них и польза. Люди не только самоутверждались и рыскали в поисках секса, они еще и сбивались в стаи по принципу «нам нравится Дима Билан (есть руками, китайский язык, «Лада Калина» — нужное подчеркнуть)». Или использовали сети как доску для объявлений. Типа: «Я сегодня ближе к вечеру определюсь, где буду праздновать день рождения, и вывешу адрес ресторана у себя в «вконтакте». Или: «Снял на телефон драку в очереди в Эрмитаж, выложу у себя на «Одноклассниках». Нормально. Естественный процесс.

image

Вершиной, финальной стадией этого процесса упрощения стал, вне всяких сомнений, Twitter. Вот она — краткость и определенно сестра таланта. Сколько знаков вмещает один тамошний пост? Сто? Двести? Хотя какая разница. Главное, немного. А это дисциплинирует. Учит четко формулировать свои мысли, даже если мыслей набирается на «Постриг ногти на ногах. Съел котлету». Это ведь не то, что обуяла страсть поделиться с миром, запустил руки в ЖЖ, хотел пожаловаться на злого инспектора ГИБДД, а в результате увлекся и написал роман. Так каждый дурак может. А вот сказать главное — это большой труд. У меня приятель «твиттер» намеренно завел, чтобы воспитать в себе лаконичность. Долго думал и решил пойти по пути наибольшего сопротивления. Ограничил себя одним словом в каждом посте. Его Twitter выглядит следующим образом: «26 февраля. Болею». «2 марта. Дурдом!» «19 марта. Выспался».

Правда, из этого правила есть исключения в духе: «8 марта. Секс Анжела». Здесь, как мы видим, целых два слова, но это вполне извинительно: в конце концов, мир должен знать, с кем именно у Сереги был секс.

А мой коллега приходящих к нему в редакцию на практику студентов журфака обязывает заводить «твиттер» и выкладывать там три главные новости дня так, чтобы они, разумеется, умещались в пересказе в требуемый формат. Говорит, что после недели мучений студенты начинают делать успехи. Избавляются от словесного шлака, учатся четко и ясно формулировать. По-моему, это прекрасно. Известно ведь, что рассвет русского рока пришелся на время запретов, цензурных ограничений и тотального дефицита нормальных музыкальных инструментов. Лишенные необходимого, рокеры обходились малым и создавали большое. Интернет в этом смысле опасная вещь: краев не видно, а значит, если с внутренней дисциплиной нелады, остановиться вовремя будет сложно.

Кстати говоря, без обид, но многим барышням не помешало бы завести «твиттер», чтобы меньше чесать языком. Хотя некоторым и это не поможет. Есть у меня дальняя знакомая, так она лихо устроилась. В Twitter пишет: «Купила туфли. Красные. Фантастика». И в конце поста — «подробности с фотографиями...», после чего дает ссылку на развернутое выступление в ЖЖ. И там, можете мне поверить, ей ничто не мешает уделить туфлям внимание, объемом равное первому тому «Войны и мира». Впрочем, надо быть самоубийцей, чтобы наезжать на такое в женском журнале, как это делаю я прямо сейчас. Так что не будем про фантастические красные туфли. Девочки, про них и целого «Мира» мало! Одному Кузьмичеву непонятно.

Вообще, страсть делиться с окружающими собой и своей жизнью поражает. Один артист музыкального жанра, не будем показывать пальцем, в ЖЖ демонстрирует удивительную строгость формы и содержания. Изо дня в день его сетевой дневник наполняют проникновенные реплики типа: «Покупал бананы. Продавщица не хотела давать сдачи с пяти тысяч. Видно было, что узнала меня и тянула время. Все-таки у популярности — свои минусы». Или: «Завтра еду в Павловск. Буду гулять в парке. Увидимся». С учетом того, что в парке города Павловска вторые по численности после влюбленных пар и мам с детьми животные породы белка, последний месседж был адресован именно им.

Короче говоря, люди желают общаться, и хорошо, что у них есть такая возможность. Не менее прекрасно, что современные интернет-сервисы позволяют доносить до окружающих не только поэмы собственного сочинения, но и конкретную, практическую информацию, то есть служат самыми натуральными досками объявлений. А значит, никуда не нужно идти: нырнул в комп — и ты уже в курсе. Некоторые, правда, волнуются, что вот, мол, Сеть разобщает, люди стали меньше встречаться в реале, и все в таком духе. А по моему глубокому убеждению, Сеть тут ни при чем. Она лишь зеркало, и, если рожа кривая, неча на него пенять.

Интернет — это инструмент. Вопрос в том, как вы им пользуетесь. И если жизнь ваша пошла не в ту степь, глупо пинать ногами ноутбук и сетовать на «Одноклассников». Я называю это эффектом шестисотого «Мерседеса». Помните, в свое время эта машина была символом всего самого дурного на свете? Ну так сам «мерс» ни в чем не виноват. Просто пришли парни в красных пиджаках (которые тоже, между прочим, всего лишь пиджаки красного цвета) и все опошлили. С «контактом» и «твиттером» та же история: это не более чем виртуальные поляны, на которых пасутся все подряд — и приличные животные, и всякие козлы. Кстати говоря, меня нет ни в одной социальной сети, так что захотите ответно высказаться, пишите в редакцию. Что? Почему меня нет в «Фейсбуке»? Отчего я игнорирую «Твиттер»? Все просто. Я пишу в ELLE. Еще вопросы есть?


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.