Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Хочется верить

Вопросы религии традиционно вызывают множество споров. Наталья СТАРОСТИНА провела, пожалуй, самое непростое в карьере расследование, в котором попыталась узнать, почему современные россияне отчаянно ищут «свою» веру. С Божьей помощью

image

Вопросы религии традиционно вызывают множество споров. Наталья СТАРОСТИНА провела, пожалуй, самое непростое в карьере расследование, в котором попыталась узнать, почему современные россияне отчаянно ищут «свою» веру. С Божьей помощью

Прошлым летом я собиралась на самый деликатный разговор в моей жизни и, честно говоря, ужасно трусила. Мы с моим тогда еще будущим мужем готовились к свадебной церемонии в маленьком храме на побережье Средиземного моря. Мой суженый — католик из практикующей религиозной семьи, я — православная девушка, воспитанная на стыке эпох: коммунистическо-атеистической и возрождающейся религиозной. Момент истины настал, мы пошли в католический храм просить совета. После часовой проповеди иностранный священнослужитель долго и упорно требовал бумаги, подтверждающие мое крещение. Объяснить ему, что в Советском Союзе меня тайно крестила бабушка и ни о каких документах не может быть и речи, не представлялось возможным. А затем священник, заходя издалека, начал упорно и жестко настаивать на моей смене конфессии. Тут мои нервы cдали, слезы полились из глаз, и я молча вышла из комнаты. Догнав сбежавшую невесту на пороге средиземноморского храма, мой жених произнес: «Да, согласен». Это и стало нашим негласным венчанием. По его стойкому религиозному убеждению, если бы в тот момент я предала собственного Бога, где гарантия того, что так же просто я не смогу задуматься о том, чтобы предать нашу любовь и пойти на измену. Нам очень хотелось верить. В Бога, в друг друга... От священной церемонии мы отказались и поженились по светским обычаям. Получилось, скажу я вам, не менее душевно.

Рассказав эту историю коллегам, с которыми до этого о вере мы никогда не говорили, я вдруг поняла, что в жизни современного активного человека религия, ее поиск и личные отношения с верой становятся не менее определяющими в жизни, так же как выбор верного спутника или профессии. Чтобы подтвердить/опровергнуть это утверждение, мы устроили расследование.

На полпути к Богу

«Возрождение» религий в России началось в 1970-х — время подпольных кружков, чтения запрещенной Библии и переполненные (вопреки системе) храмы на праздники. В начале 1990-х ситуация изменилась. Верить, бдеть, следовать обрядам можно без оглядки. С этого момента религия становится своеобразным «хорошим тоном», и чем ближе к сегодняшнему дню, тем сильнее развивается эта тенденция. Быть религиозным — респектабельно и престижно. Высказывать атеистические взгляды, напротив, совсем не актуально.

По данным ВЦИОМ, как минимум 95 % верующих в России являются членами традиционных религиозных организаций. Из них к Русской православной церкви относят себя более 55 процентов. На втором месте – мусульмане (17%).

Людям просто необходимо верить. И на это у каждого есть свои причины. Многие ученые относят это к мистицизму, свойственному россиянам. «Люди видят в религии защиту, пусть даже оккультную. Отсюда и распространенное явление освящать офисы и машины, — рассказывает директор Центра изучения религий РГГУ Николай Шабуров. — Крещение часто воспринимается не как путь к Богу, а приобщение к национальной культурной традиции. Либо как оберег. Хотя это и не соответствует христианскому учению».

Религия — личное дело каждого, уверен Росстат. Из последней переписи населения традиционный вопрос о конфессиональной принадлежности попросту исчез. Вот и большинство моих друзей, совсем недавно посвящавших меня в «позиционные» подробности интимной жизни, вдруг наотрез отказывались говорить о вере. «Слишком личное!» — открещивались от меня они. Молодые люди с гораздо большей охотой были готовы «пригласить в постель подержать свечку», но вот в их душу с расспросами лезть категорически запрещалось. Были на то и весомые причины. «Прости. Я в монастыре. Контакт с внешним миром ограничен», — получила я в одной из социальных сетей сообщение от знакомого.

Кругом были знаки и предзнаменования. Даже в воздухе пахло ладаном. Это мои соседи по лестничной клетке разливали благовоние и предлагали мне прямые поставки монастырских продуктов. Спустя несколько дней в модном клатче подруги я увидела миниатюрное издание «Святых отцов», другая по телефону вскользь обронила, что торопится к Матроне Московской просить помощи, и отказалась прийти на обед из-за поста, а муж рассказал историю пяти испанских парашютистов, чудом оставшихся в живых и в одночасье принявших ислам. Вокруг кипела религиозная жизнь. Со всей обрядовостью и подлинным чувством веры.

image
Переходящие ценности

Железный занавес рухнул, а вместе с ним и представления о том, что такое «правильная» вера. Один из зарождающихся трендов — осознанный выбор религии. Теологи уверены: большинство «пришедших к вере» делают это вполне осо­знанно. По словам Шабурова, «если у человека пробуждается сильное религиозное чувство, он часто оказывается разочарован в той вере, в которой его воспитали. В этом случае он либо остается в той же конфессии, но начинает придерживаться радикальных взглядов. Либо меняет веру». А может быть, просто ищет себя?

Точных данных о том, сколько человек в мире ежегодно меняют конфессию, попросту нет. Люди, уходящие в другую веру, стараются не афишировать это событие, и занести их в какой-либо религиозный реестр невозможно.

Самый распространенный сценарий — это межнациональные браки. На самом деле подобное выполнение «супружеского долга» не имеет ничего общего с истинным религиозным чувством. Это область семейной психологии. «Под влиянием более сильного партнера второй решается на смену вероисповедания. На этом условии могут настаивать и более властные родственники. В случае расставания около 80 % разведенных вновь возвращаются в лоно первоначальной церкви», — говорит психолог Марина Разуваева. По недавним опросам ВЦИОМ, 51 % женщин и 44 % мужчин считают другую веру серьезным, порой непреодолимым препятствием для отношений и брака.

Удивительно, но никто из опрошенных мной «нововерующих» даже не пытался разобраться в религии, данной им «от рождения», а априори искал помощи на стороне. Шабуров объясняет это простой закономерностью: «Человек выбирает для себя конфессию, в которой просто невозможна пассивная позиция, как во многих традиционных религиях. А если ты стал, например, баптистом, то просто обязан активно участвовать в церковной жизни. Многие именно это и ищут».

27-летний музыкант Андрей, крещенный в православной вере, неожиданно для окружающих стал пресветерианцем. Каждое воскресенье он ходил в корейский религиозный центр, расположенный в пристройке к московской хрущевке, читал молитвы, слушал проповеди, пел под гитару христианские гимны. Откуда в нем проснулось столь сильное религиозное чувство, мужчина объяснить не мог. «Это такой вариант религии для «чайников». Все рассказывают доступным языком, а не читают проповеди на старославянском. Необязательно соблюдать обряды, — вспоминает Андрей. — С тобой все приветливы, звонят, откровенничают. Для нуждающегося в любви человека такой вариант постоянной вовлеченности — спасение от одиночества».

Еще один «протестантский случай» рассказала мне Лера. Находясь на грани развода, вслед за «увлекающимся» мужем она отправилась в одну из религиозных общин. После годового посещения проповедей брак чудесным образом был спасен. «Я не считаю это божественным провидением, но это «общее дело» укрепило наши отношения. На этих собраниях я была сторонним наблюдателем. Основная масса прихожан — несчастные люди с проблемами в личной жизни или на работе, которые ищут ответы на наболевшие вопросы».

Еще один вариант — к религии приходят, сменив прописку. Эмигрантам (особенно на Востоке) зачастую невозможно стать «своими» без принятия местных духовных обычаев. Так, во время учебы в Центральной Америке меня силком пытались затащить в католическую общину. После моего сурового отказа семья, в которой я жила, чуть не выставила меня за дверь. В качестве религиозного отмщения в течение нескольких недель вся еда на завтрак была подгорелая.

За обедом мой приятель, 33-летний Иосиф Фонтанов, в шутку произнес, что отличным подспорьем для его бизнеса могло бы стать принятие ислама. Большинство крупных клиентов его фруктовой компании — мусульмане. Различия в конфессиях не на шутку усложняют процесс переговоров. «Вместе бы на хадж отправились и все контракты подписали», — размышлял Йося, но на религиозное предательство не решился. Мой друг не так уж далек от истины. Служители «правильной» веры в прорелигиозных компаниях способны моментально взлететь по карьерной лестнице и значительно увеличить доход. В большинстве случаев к подлинной вере это имеет опосредованное отношение (скорее, наоборот, атрибут настоящего безверия), и лишь немногие «обращенные» начинают искренне разделять новое вероучение.

Так случилось с американским фотографом Томасом Аберкромби. Командировки в ближневосточные страны и круглосуточный контакт с мусульманским миром стали его пособием по теологии. Для того чтобы «изнутри» сделать репортажные съемки паломничества в Мекку, Аберкромби принял ислам. Я прекрасно помню, как рассматривала те потрясающие кадры в глянцевом журнале о путешествиях.

Смена веры среди публичных людей не такое уж редкое явление. Слухами о религиозных бдениях «звезд» Интернет пополняется чуть ли не каждую неделю. То Леонардо Ди Каприо готовится к обрезанию ради свадьбы с Бар Рафаэли. То о буддистских практиках рассказывают Пенелопа Крус и Стив Джобс. Что и говорить про каббалисток Мадонну и Деми Мур и приверженца сайентологии Тома Круза.

В 2003 году мировые СМИ потрясла новость о смене религии Майклом Джексоном. Поп-король, воспитанный в культе «свидетелей Иеговы», решил стать мусульманином, вступил в общество «Нация ислама» и взял себе имя Микаэль. Как этот факт изменил конфессиональную расстановку сил в мире, доподлинно не известно. Последователем «Нации» был и легендарный боксер Кассиус Клей, получивший мировую славу под своим мусульманским именем Мохаммед Али. Ислам он принял в возрасте 22 лет под влиянием личного менеджера.

image
Корпоративный дух

Способность веры проникать во все сферы социальной жизни подтверждает и тот факт, что за конфессиональными предпочтениями подчиненных частенько следят работодатели, считающие веру чудесным подспорьем, укрепляющим корпоративный дух. Чудотворное влияние на рабочую атмосферу отмечают и психологи. По мнению Разуваевой, «общность религий способна сплотить коллектив. Даже на подсознательном уровне коллеги (во всех смыслах слова) будут больше друг другу доверять и искренне ратовать за общее дело». Есть здесь и свои подводные камни.

На новом рабочем месте 35-летний менеджер по продажам Алина получила на день рождения укутанную в цветную органзу икону Казанской Божьей матери. Выяснилось, что большинство сотрудников — активные православные верующие. Во времена расцвета тимбилдинга инициативная группа из 12 человек придумала свою альтернативу объединяющим тренингам и вместе отправилась на пасхальный крестный ход. С тех пор в числе корпоративных обычаев — посещение церкви, совместная рождественская служба, универсальный рецепт кулича и кулер со святой водой.

В соцпакет моей соседки Даши, помимо дорогой медицинской страховки и абонемента в фитнес-центр, входят три личные встречи с индийским духовным наставником. Откуда в европейском IT-центре взялось индуистское поверье, остается загадкой. «Лучше бы практикум по тантрическому сексу предложили», — торопясь на йогу, выкрикнула Даша.

Существование негласных религиозных установок на рабочем месте подтвердила почти четверть опрошенных. Так, один журналист-буддист признался, что повышение по службе для него «недоступно как опция». Все руководящие посты в его СМИ занимают иудеи.

Жгучим летом 2010 года, когда Москва и регионы задыхались от смога, в прессе разгорелись настоящие страсти Христовы. Поводом стало решение директора крупного агрохолдинга, объявившего виновными в пожарах российских грешников. Взяв на себя роль мессии, он издал корпоративный указ из пяти пунктов. В их числе: «Все сотрудники в любое время должны пройти учебный курс «Основы православия» или «Все сотрудники, находящиеся в браке, в случае, если они не обвенчаются до праздника Покрова Божией Матери, подлежат увольнению». На все нападки светского общества православный бизнесмен безапелляционно ответил, что в противном случае будет увольнять людей официально «по статье» путем сокращения их должности.

image
Божественная трагедия

Один из самых актуальных вопросов религиозной действительности — воспитание нового поколения верующих. В прошлом году в обществе разгорелись споры на тему, стоит ли вводить в школах обязательный предмет «Основы православия». В качестве эксперимента на выбор родителям предложили несколько теологических дисциплин. В итоге даже те респонденты, которые причисляли себя к христианам, выбрали для детей более нейтральные «Основы светской этики» или «Теорию религиозных учений».

Марина Разуваева уверена: вопрос о том, в какой вере воспитывать ребенка, обсуждать пока рано. «В России сложились достаточно репрессивные методы воспитания. В семье часто считается нормой «вылепить» ребенка по своему образу и подобию или попытаться реализовать в нем собственные несбывшиеся мечты. За ребенка принято выбирать кружки, институт, профессию и в том числе веру».

В жизни 30-летнего адвоката Ивана, выросшего в семье матери-одиночки, преданной заветам Христа «до фанатизма» (по словам героя), всех детей насильно заставляли посещать церковь, совершать обряды и выбирать друзей только из прихода. Повзрослев, Ваня навсегда отошел от христианства. Однако без веры в жизни ему уже было не обойтись. Сначала адвокат стал теоретиком, а затем и практиком индуизма. В какой религии и как воспитывать новорожденного сына, он пока не решил. С одной стороны, ему страшно повторить опыт собственной матери, с другой — хочется приобщить ребенка к индуизму, с третьей — выбрать более традиционное православие, но уже без пособничества бабушки.

Счастливая мама четырех дочек Лера уверена: ее дети сами способны выбрать себе веру. Вместе с папой они регулярно читают детскую Библию и иногда сами просят их окрестить. «Муж уверен, что дочек есть кому защитить и дополнительного обряда им не нужно. А вдруг они захотят поехать в Тибет к далай-ламе? Не стоит привязывать их к единственному пути». Тем временем против слишком либерального воспитания детей выступают не только священнослужители, но и психологи. В большинстве случаев сама идея «свободного выбора веры» возникает из-за духовной неопытности и религиозной индифферентности родителей. Таким образом, равнодушное отношение к религии будет заложено в ребенке на подсознательном уровне, и ни о каком сознательном выборе в будущем не может быть и речи. Похоже, на смену атеистам советского периода пришли люди, которым от всей души действительно «хочется верить», но они сами пока не понимают, как и во что. А пока у современных родителей не сложится собственной духовной практики, которая гармонично войдет в жизнь их детей, о новом поколении истинно верующих говорить рано.

Фото: Alex Cayley/Trunk Archive.Com


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.