Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Дети в однополых браках

В мире новый бум рождаемости. На сей раз «гейби-бум», или появление детей у однополых пар. Анна Васильева поговорила с теми, кто вопреки правилам решил стать счастливыми папами или мамами.

image

После волны законов об однополых браках, прокатившейся по Европе и США, гомосексуальные семьи перешли к следующей стадии отношений — рождению детей. Со страниц западного глянца нам улыбаются Элтон Джон и Дэвид Ферниш, качающие очаровательного сына в коляске. Актриса Синтия Никсон и ее подруга Кристин Маринони объявляют о рождении общего малыша — третьего по счету ребенка в их лесбийской семье. Симпатизирующий однополым парам певец Филипп Киркоров представляет миру малышку Аллу-Викторию, выношенную суррогатной матерью. Однако в России поворачивают вспять не только реки, но и мировые тенденции: в начале весны губернатор Петербурга подписал закон, запрещающий «пропаганду несовершеннолетним идеи, что гомосексуализм и педофилия нормальны», запросто уравняв два ничем не связанных понятия. По данным предвыборной статистики, 80 % отечественного электората поддерживают решение г-на Полтавченко. Но 20 % граждан все же уверены, что право на счастье стать родителем имеет каждый. Тем более если он или она — успешные люди с хорошим здоровьем и профессией.

Однако раскол мнений — это одно, а расколотые жизни — совсем другое. Кто на самом деле вправе решать, почему одни могут быть родителями, а другие — нет? Пока россияне примеряют на себя роль судей, в США дети первых открытых гомосексуальных семей заканчивают школы и даже университеты. Вопреки опасениям пессимистов, процент геев и лесбиянок среди них ничуть не выше, чем в любом обществе. От сверстников их отличает лишь более терпимое отношение к поведению окружающих. С другой стороны, воспитание детей гомосексуалистами не лишено сложностей. Хотя бы потому, что к таким семьям приковано всеобщее внимание.

ПАРТНЕРСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

Когда я взялась за изучение темы однополых семей, то, сама того не желая, повела себя бестактно. И вовсе не по причине гомофобии — давно усвоила, что сексуальная ориентация не делит людей на «хороших» и «плохих». Просто эта табуированная сфера обросла самыми странными мифами.

Встретившись с одной из героинь (назову ее Ирой), я задала ей, как мне казалось, вполне корректный вопрос: «Каким способом женские однополые семьи предпочитают заводить ребенка?» Почему-то я пребывала в убеждении, что обычно лесбийские пары находят близкого мужчину, готового стать отцом общих детей. Однако Ира вежливо улыбнулась и предложила объяснить на примере: «Представьте, что вы с партнером — любящая гетеросексуальная пара, давно живущая вместе. У вас нет детей, но вы их очень хотите. Допустим, что проблема в мужчине. И вы, поразмыслив, решаете пригласить друга семьи, который захочет помочь вам. Ну и как вам такая идея?» Воображение тут же нарисовало, как печальный супруг покидает квартиру, оставляя меня наедине со своим приятелем ради продолжения рода. «Вот-вот, — закивала Ира. — Вообразить, что твоя половина будет заниматься сексом с кем-то «близким», невозможно ни в гомо-, ни в гетеросексуальных отношениях. Потому что два человека любят друг друга и именно поэтому хотят общих детей».

По словам Иры, у женщины в однополом союзе нет другого выхода, кроме как воспользоваться услугами анонимного донора. Более того, лесбийским парам наука позволяет быть биологическими матерями одного ребенка. В США существует процедура Partner Assisted Reproduction («Воспроизводство в партнерстве»), в процессе которой яйцеклетку одной женщины оплодотворяют вне ее тела и подсаживают партнерше, которая и вынашивает ребенка. Получается, что жизнь малышу дают обе женщины. Правда, медицинские риски такой процедуры довольно высоки, поэтому многие просто заводят двух малышей — каждая своего. «Мы изначально решили, что рожать будем обе, — продолжает рассказ Ира. — Очередность в нашем случае просто зависит от удобства ухода в декрет и отчасти готовности».

Но вот вопрос, заменят ли две матери отца или два отца — мать, остается для многих пар открытым. По словам семейного и супружеского психотерапевта Инги Адмиральской, некоторые женские однополые пары считают, что ребенок должен знать своего папу, а кто-то, наоборот, опасается делить родительские права. «Да, участие мужчины в воспитании дочери, а тем более сына, очень важно, но что если отец решит добиться опеки или попросту отобрать ребенка?» — переживала одна из моих собеседниц.

Не менее сильно проблема поиска матери для детей волнует мужские пары. Ведь мать для малыша — это весь мир, и заменить ее в жизни ребенка невозможно. Именно поэтому они не спешат прибегать к, казалось бы, очевидному выходу — услугам суррогатной матери. Но случаются и довольно странные исключения.

Полтора года назад один из столичных загсов выдал уникальное свидетельство о рождении — в графе «мать» стоял прочерк. Малыш появился на свет посредством суррогатного материнства, его отец решился завести ребенка «для себя». Сотрудницы загса скрыли от общественности имя счастливого папаши, но его поступок вдохновил семью моего приятеля, родители которого потребовали зачать внука тем же способом. С тем, что их сын Виталик — гей, они так и не смирились, а их крупному бизнесу во что бы то ни стало требовался наследник. С целью производства здорового потомства Виталику выписали женщину из Украины, готовую выносить плод. Но отцом молодой человек так и не стал. Вместо этого он попал в клинику с нервным срывом.

Более разумным многие мужские пары считают иной путь — стать донорами для женской пары и принимать участие в воспитании малыша, живущего с мамами. Ну а дальше начинаются страхи и сомнения, свойственные всем родителям без исключения: «Будет ли здоровеньким? На кого будет похож?» Хотя после рождения наследника у однополых пар появятся новые проблемы: как объяснить ребенку нестандартную семью, а потом научить с этим жить?

image

НАЗАД В БУДУЩЕЕ

Обсуждая вопрос о детях со своими гомосексуальными знакомыми, я часто слышу одно и то же сравнение: «Лучше родиться в однополой семье и учиться в Оксфорде, чем родиться в обычной семье алкоголиков». Собеседники все время ссылались на исследование лесбийских семей США, показавшее, что дети, выросшие в однополых семьях, более успешны в жизни. Однако проводить подобные аналогии, на мой взгляд, странно. Ведь далеко не все гомосексуальные родители гарантируют чаду Оксфорд и не все гетеросексуальные страдают алкоголизмом. Гораздо более реалистична ситуация, когда ребенок однополой пары попадает в районный детский сад или школу, где может столкнуться с неадекватной реакцией окружающих. Приводя малыша в мир, такие родители изначально берут на себя ответственность за то, что ему придется нелегко.

«Для ребенка дошкольного возраста естественно и нормально слышать, что его родители (две мамы или два папы) очень любят его, — объясняет Инга Адмиральская. — Но сам малыш не различает, о чем можно говорить открыто, а о чем нельзя». Довольно часто дети, сами того не желая, выставляют все семейные нюансы на суд воспитательниц. «Одна мама у меня строгая, а другая — добрая, поэтому я зову ее, когда хочу шоколадку», — рассказала как-то пятилетняя Сашенька в детском саду. Нянечка весьма удивилась. «Когда я кричу «мама», какая из двух мне нужна, мамы узнают по голосу», — продолжила малышка. Чтобы избежать лишних вопросов, некоторые помещают ребенка в частные сады или нанимают няню, но, по мнению Инги Адмиральской, всю жизнь бегать и прятаться от общества все равно не получится.

София, мама трехлетней Наташи, не скрывает факта, что у Наташи есть вторая мама: «За три года с рождения дочери я ни разу не столкнулась с негативным отношением, — объясняет она. — Участковые врачи, да и мамы на площадках — не ханжи и не монстры». А вот другой семье повезло меньше: в одном из спальных районов, где изгоем объявляют и за меньшее (например, за иную манеру одеваться), мамы устроили пикет, чтобы удалить из садика «странного» ребенка.

Многие однополые родители переживают, что их семья может подвергнуться гонениям. Сознание этого заставляет матерей испытывать самый сильный страх на свете — страх потерять ребенка. И рано или поздно женщине приходится принять решение: скрываться, бороться или уехать. Как утверждают психологи, хуже всего скрываться, ведь неправда разрушает семью скорее, чем любые органы опеки.

ЗДРАВСТВУЙ, ПАПА

Однажды приятель моей подруги Кати решил, что их отношения зашли достаточно далеко, и пригласил ее к себе в гости. В комнате Катю ждало шампанское, салат из креветок и пирожные, но выйти в ванную, чтобы вымыть руки перед едой, поклонник ей не позволил: «Тс-с-с, папа дома», — объяснил он. Позже она узнала, что папа Кирилла — известный профессор. Десять лет назад он развелся с женой и с тех пор живет с сыном. Когда Кириллу исполнилось двадцать, молодой человек стал догадываться о причинах развода родителей: папа не любил женщин. Впрочем, мужчинами уважаемый ученый тоже открыто не увлекался. Когда Катя спросила Кирилла, почему тот избегает отца (вероятно, из-за папиной ориентации), тот усмехнулся и ответил: «Больше всего меня тяготят темные коридоры и его угрюмый вид».

По мнению психолога Светланы Тихомировой, конфликт, происходящий внутри человека, более опасен, чем конфликт с окружающими: «За годы работы с проблемами гомосексуальных пациентов я поняла, что все они совершенно разные люди. Да, кто-то из них носит серьги, а кто-то каждый день вкалывает в литейном цехе. И всем бывает одинаково сложно полюбить и принять себя». Восприятие себя как фрика, боязнь осуждения давит куда сильнее, чем запрет гей-парадов. А если в конфликте вовремя не разобраться, то он будет давить и на детей. Кстати, при первой же возможности Кирилл снял квартиру и переехал. Но с папой по-прежнему созванивается: «Отец все-таки».

«Считаю, что дети любят родителей всегда, как и родители —­­ детей, а жить вместе многим некомфортно и в традиционных семьях», — прокомментировала ситуацию моя коллега Валерия. Однако решиться и откровенно рассказать ребенку, какие именно отношения связывают его однополых родителей, очень непросто. Одна пара тянула до тех пор, пока четырнадцатилетний сын не заявил им: «Вы ночуете в одной постели и при этом утверждаете, что всего лишь друзья? А можно я так же буду дружить с одноклассниками?»

«Объяснить все стоит не раньше, чем ребенок достигнет подросткового возраста, — считает Инга Адмиральская. — Но избегать разговора и убеждать, что мамы — всего лишь подружки-соседки, просто опасно. Ребенок будет разрываться между тем, что ощущает, и тем, что ему говорят, а следовательно, все меньше доверять родителям».

Осудит ли он их, узнав правду? Все возможно. Например, одна американка засудила маму с папой за то, что они произвели ее на свет не такой красивой, как голливудская актриса. Другая девушка обвинила родителей в том, что ее зачали без ее согласия. Но разве подобные примеры мешают большинству родителей и детей жить в согласии? И что еще важнее, любить друг друга.

Фото: Gianluca Pergreffi


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.