Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Агрессия: норма или проблема?

Пока некоторые ученые бьются над выявлением гена агрессии, списывая на него все беды человеческие, психологи предостерегают: агрессия — это естественно, а стремление всеми силами победить в себе «зверя» чревато еще большими проблемами. Ольга Сипливая выяснила почему.

image

Никто не спорит с тем, что мир был бы лучше, если бы градус агрессии в обществе снизился. Не было бы войн, жестоких преступлений и прочих проявлений антиутопии. Люди вели бы себя сдержанно, дружелюбно, политкорректно и всегда улыбались. Человеческая жизнь напоминала бы болото (зачеркнуто), то есть райские кущи. И никто бы горя не знал. Так рассуждают гуманисты-дилетанты. Намерения у них, безусловно, благие. И ведут они прямиком в ад. Писатель Энтони Берд­жесс, создавший провокационный «Заводной апельсин», пытался излечить главного героя от крайне тяжелой формы подростковой агрессии. «Промывание мозгов» дало результат: Алекс превратился в «зомби», неспособного возразить, дать отпор, пошутить и посмеяться в ответ, оценить хорошую музыку, завести друзей и роман, поскольку секс ему был уже не нужен, — эдакий конформист-импотент. Сочувствием к бывшему садисту читатель проникается в момент, когда горожане, вполне законопо­слушные, но движимые жаждой мести, начинают издеваться над Алексом, разглядев в нем беспомощную жертву. Их желание заклевать слабого поражает не меньше, чем страшные поступки главного героя.

Агрессия заложена в каждом, она неотъемлемая часть личности — в этом единодушны и психологи, и этологи, специализирующиеся на инстинктах. Психолог Игорь Фурманов писал, что от природы у человека есть только два действительно эффективных способа адаптироваться, чтобы выжить: агрессия и бегство. Биолог Конрад Лоренц утверждал, что лучшие человеческие качества проявляются, когда энергия агрессии направлена в нужное русло. Механизм творчества, отношений, ­юмора ­невозможно запустить без маленького агрессив­ного моторчика.

Чтобы убедиться в естественном происхождении агрессии, достаточно взглянуть на двух-, трехлетних детей. В этом возрасте они начинают активно заявлять о ­себе, испытывать мир на прочность, нащупывать границы и пытаться их нарушать. Все это сопровождается криком, скандалом, капризами, отказом надевать шапочку на прогулку и сломанными игрушками. Гнев — одна из первых сильных эмоций ребенка. И это абсолютно нормально. А как еще ему поверить в себя, откуда взять энергию для преодоления трудностей? Когда малыш рассержен, у него появляется ощущение жара, дыхание становится прерывистым, сердце бьется чаще. Физиологические изменения пугают и вызывают еще больший протест: еще бы, ребенок впервые чувствует, насколько он хрупкое и эмоционально зависимое существо. До глубинного осознания этого противоречия ему еще очень далеко, и потому малыш реагирует, как умеет, — выступает громко и давит родителям на психику. Многие взрослые в этом смысле — те же дети. Неспособность или нежелание понять собственную природу, признать, что в каждом из нас живет и здравствует агрессор (он же лидер, герой, душа компании, пылкий любовник и самоотверженный друг), заканчивается печально: страхом перед самим собой и своим якобы «темным» началом или полным «прогибом» под мир, обстоятельства и окружающих.

ТАЙНЫЙ ГНЕВ

«Не люблю людей. Особенно всех» — эта фраза из сериала «После школы» стала крылатой. И пусть сценаристы вложили ее в уста учителя-мизантропа, подобные чувства испытывает каждый, кто водит автомобиль в мегаполисе, ездит в переполненном вагоне метро, страдает от шумных соседей и обнаруживает, что в лотке с клубникой, купленной у доброй бабушки, только три верхние ягоды съедоб­ны, а остальные покрыты неровным слоем плесени. Моя подруга Оля рассказывала, как несколько месяцев не спала — из-за соседки, каждую ночь врубавшей телевизор на полную громкость. В четыре утра Оля, как по будильнику, подскакивала под звуки «скандалов, интриг, расследований» и не могла заснуть. Разговоры и уговоры не действовали, в полицию Оля обращаться не хотела, беруши не помогали, терпеть не было сил. «Она на самом деле приятная женщина, — оправдывала поведение соседки Оля. — И она понимает, что не права, но почему-то упорно ставит звук на полную. И ладно бы она «Аббатство Даунтон» смотрела! Или хотя бы трансляцию симфонического концерта. Так нет, включает самое ненавистное: криминальную хронику». Однажды, ворочаясь в кровати, переполняясь гневом и против своей воли вникая в подробности грабежей и угонов, Оля вдруг почувствовала себя ужасно беспомощной — перед самой собой. «Стоило ли вообще взрослеть, если я не могу постоять за себя», — думала подруга. Если бы мозгов у Оли не было совсем, она бы разбудила звонком бойфренда и спустила на него всех собак (кто-то же должен решить проблему! А на кого еще перекладывать груз ответственности, как не на любимого мужчину? Он же любимый, он поймет). Но, собрав в кулак остатки разума, Оля нашла выход: сев на кровати, она начала вслух отчитывать соседку — громко, с душой, самозабвенно, отпустив внутреннего контролера на все четыре стороны. Какие изысканные трехэтажные «комплименты» отвешивала Оля в адрес нарушительницы спокойствия, какими яркими эпитетами награждала ее художественный вкус, как искренне и лихо предсказывала ей светлое и не очень будущее! Очистившись от накопившегося негатива, испытав чуть ли не катарсис и поняв, что никто не умер, Оля радостно уснула. А на следующую ночь с чистой совестью и внутренним ликованием барабанила молотком по батареям. Удивительно, но это сработало.

Я понимаю Олю, как никто другой. Мне тоже при слове «конфликт» становится неуютно, хочется внутренне по­ежиться и закутаться в непроницаемое одеяло буддийского спокойствия. Но на самом деле я его, конфликта, попросту боюсь. Мне страшно потерять в ссоре лицо, нечаянно задеть человека словом, страшно мутить воду, сделать еще хуже. Мне кажется недостойным нытье и жалобы, я пугаюсь последствий, хотя предугадать их невозможно, и попутно прикрываюсь благородным «я выше этого».

image

Скрытая агрессия — коварная штука. В тихом омуте, как известно, ничего хорошего не водится. У кого-то она проявляется необоснованными вспышками гнева и неожиданными срывами, кто-то впадает в депрессию. У меня невысказанные чувства отозвались болями в спине, которые исчезли после нескольких занятий с психологом.

У специалистов есть понятие «подавленно-агрессивный тип поведения». Сопутствуют ему страх, неуверенность в себе, чувство вины, излишняя скромность, склонность к самоуничижению («Вам так идет это платье!» — «Да ну, вы что, оно старое и стоило три копейки».). Существуют исследования, которые доказывают, что у тихони, ставшего предметом агрессии и сдерживающего ответную реакцию, может подняться давление, появиться дрожь, судороги, мигрень, рвотные рефлексы и прочие гадости жизни. Моя бывшая коллега Наталья — человек-эмоция — не сдерживала себя ни в радости, ни в горе. Иногда это было дико неудобно — для окружающих. Она же чувствовала себя по-хорошему опустошенной и была удивительно здоровым человеком — мы, ее коллеги, знали это наверняка, иначе были бы в курсе наболевших в прямом смысле слова проблем.

Психологи не призывают действовать по принципу «око за око», «зуб за зуб», но если чьи-то слова или поступки отравляют вам жизнь, не бойтесь реагировать (никто ведь не спорит, что при физическом нападении нужно обороняться. Так чем психологическая атака лучше?). Иногда конфликт — непременное условие развития событий. И, не доведенный до абсурда, он становится своего рода спасением.

ВСЯ ЖИЗНЬ - ИГРА

Когда у моей знакомой Ани что-то не ладится в жизни, она идет в спортзал. Там она изо всех сил дубасит грушу, бегает до изнеможения и прокачивает пресс до состояния стиральной доски. «Я заметила, что чем отвратительнее настроение, чем я сердитее, тем больше рекордов ставлю в тренажерном зале». На тренировках она кричит не своим голосом, как заправский самурай, и вид имеет устрашающий: дикий взгляд, всклокоченные волосы, перевязанные запястья... Свой первый марафон Аня пробежала после серь­езной ссоры с мужем. «Я представила, что на финишной прямой меня ждут ответы на все вопросы о наших отношениях, и поэтому неслась, как ветер. Дистанцию я воспринимала как разговор — когда начинала злиться, бежала быстрее, стиснув зубы и представляя, что кроссовки — это аргументы, которые я вдалбливаю в его неразумную голову. Когда понимала его мотивы, темп снижался, я начинала улыбаться и замечать деревья, синее небо и птичек». Приятель Кирилл, возглавляющий собственный бизнес, в период отчетности с тем же агрессивным азартом рубится в StarCraft, причем монстрам он дал имена сотрудников-бездельников и рассеянных поставщиков, забывающих о сроках. «Это оказалось продуктивнее, чем каждый раз ругаться. Я выпускаю пар в игре, а на работе выкладываю только железные доводы».

Спорт, всевозможные игры, демонстрация ловкости и силы — это, по мнению философа Эрика Фромма, «доброкачественная» форма агрессии. Она служит какой-то цели и не приводит к разрушениям. Психотерапевт Альберт Эллис разделил агрессию на здоровую и нездоровую по этому же принципу. Сохранить жизнь близких (разве кто-нибудь назовет мать, защищающую ребенка от реальной опасности, агрессивной?), достичь счастья, найти гармонию в отношениях, уважая при этом жизнь и счастье других людей, — вот цели, оправдывающие «здоровую» агрессию.

В МИРЕ ЖИВОТНЫХ

История о том, как мальчики бьют хорошеньких девочек ранцем по голове, стара как мир. Умная девочка в этом случае не обижается, а ставит галочку в графе «я ему нравлюсь». Взрослые мальчики, как выясняется, тоже не брезгуют подобными методами. Только взрослых девочек сложно бить по голове без последствий, и приходится сублимировать агрессию. Бизнесмен Иван честно признался, что, влюбившись, превратился в гигантскую обезьяну. «Помните, в фильме, впервые проникнувшись чувством к героине, Кинг-Конг начал крушить все вокруг — кидать камни, вырывать с корнем деревья, рычать. Потребность продемонстрировать силу любимой женщине — это очень по-мужски. Я, например, вожу ее на футбол, ­чтобы она увидела, сколько у меня нерастраченной энергии. При любом удобном случае подхватываю ее на руки. Устраиваю армрестлинг с друзьями. Втайне мечтаю, как однажды спасу ее от хулиганов, по­дравшись с ними не на жизнь, а на смерть. Да, это признак агрессии. Но жена пока не жаловалась».

Основная претензия к психологам, отстаивающим право быть агрессивным, заключается в том, что балансировать между «хорошей» и «плохой» агрессией невероятно сложно. Как понять, что ты следуешь своим интересам, а не наступаешь на горло чужой песне? Где та грань, после которой поиск личного счастья превращается в бодрый поход по головам?

Есть одна старая шутка. «Я уже десять лет занимаюсь боксом, а жена — кикбоксингом. Мы никогда не ссоримся. Нам страшно». Биолог Конрад Лоренц подтвердил, что в каждой шутке есть доля шутки. В дикой природе чем сильнее «упакован» хищник (клыки, мощные ­лапы, сила и выносливость), то есть чем выше вероятность убийства, тем мощнее «тормозная» система и внутренняя «ответственность». Волк, один из самых агрессивных и кровожадных зверей на планете, прозванный Данте «непримиримым», обладает встроенным механизмом, ­запрещающим ему убивать сородичей. И даже в ритуальной схватке волк-победитель ограничится угрожающим покусыванием шеи противника, но не станет добивать его. В отличие, например, от безжалостного голубя — ­общепризнанного символа мира.

Хотелось бы, чтобы и в человеке эта полезная программа не давала сбоя, а агрессия не перерождалась в жестокость. И каждый человек был бы другому волком.

Фото: gettyimages.com


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.