Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Возможны ли идеальные отношения?

У всех нас есть в голове картинка идеальных отношений. Что-то похожее мы видели в кино, читали в книгах, подсмотрели у знакомых. Елена Родина попыталась понять, куда приводит погоня за совершенством.

Возможны ли идеальные отношения?

У них были идеальные отношения — у моей приятельницы Лили и ее американского бойфренда Рика. Он приехал в ее город работать волонтером, она была звездой местного телевидения, и полгода они были парой на зависть всем. Рик носил кожаные ковбойские сапоги с острыми носами и напоминал молодого Клинта Иствуда. Он водил ее в рестораны и учил, как правильно пить вино и есть спагетти (в 1990-е эти знания не казались такими очевидными, как теперь), смело шел на свидания под проливным дождем, не пугаясь грозы и грома, дарил романтические подарки и даже писал стихи. Стихи казались гениальными уже потому, что написаны были по-английски. Через полгода Рик, путано объяснившись с разомлевшей от счастья Лилей, улетел обратно в Штаты. Прощальная записка была написана коротко и по-деловому. «Не жди меня, — писал он на своем хорошем английском, хоть уже и в прозе. — Ты достойна лучшего. Удачи во всем».

Много позже, годы спустя, они встретились снова. Лиля переименовала себя в Лил и переехала жить в Америку, но все еще была одинока, он оправлялся от развода после неудачной женитьбы. Для нее их расставание стало травмой на всю жизнь: сразу после того, как Рик уехал, она попала в больницу с нервным истощением и за все последующие годы так и не смогла по-настоящему влюбиться в кого-то еще. Все отношения она сравнивала со своим «американским романом» — на фоне Рика остальные мужчины неизбежно проигрывали. Кроме того, ее не переставал мучить вопрос: как мог он бросить ее в самый разгар их любви? Чего ему не хватало в их идеальном романе? Разумеется, в классическом русском стиле она искала проблемы в себе, и, по сути, вопрос, который скрывался за всеми этими «почему», был: «Что со мной не так?»

На деле оказалось, что «не так» было с ним. Он объяснил, что ему слишком тяжело поддерживать отношения, в которых нужно делать «столько всего», он устал от постоянного напряжения и старания быть «идеальным», и в конце концов страх того, что он не сможет больше соответствовать заданной планке, победил. Ему стало просто лень предпринимать усилия быть героем, да и жизнь в чужой стране начинала становиться слишком сложной и утомительной. Родные Штаты, где можно было расслабиться и быть самим собой, а не играть в идеальный вариант себя, казались все заманчивее. «Так я же ни о чем тебя не просила! Мне нужен был только ты!» — удивилась подруга подобному объяснению. «Но ведь ты все воспринимала как должное, — пояснил парень. — И ты не видела, какой я на самом деле. Тебе нужен был принц, а не реальный человек».

После этого объяснения моя подруга и ее американский любитель cапог попытались восстановить отношения, но ничего не получилось: Лиля, как ни убеждала себя в обратном, ожидала от своего мужчины прежних подвигов и чудес, а Рик даже перестал платить за нее в ресторанах. «Мы в Америке, и нужно следовать местным традициям», — оправдывался он. Лиля остро чувствовала пропасть между ними: она выросла на сказках, в которых красивые принцессы встречали богатых принцев и жили с ними долго и счастливо, он же в детстве читал книжки «Откуда я взялся» и «Все какают». Они по-прежнему любили друг друга, и даже страсть между ними не угасла, но ссора следовала за ссорой, и они приняли решение расстаться, пока дело не дошло до ножевых ранений.

Идеальным быть можно, но очень сложно, и, если отношения длятся больше месяца, мы начинаем расслабляться и становиться самими собой, а не нашими лучшими, усовершенствованными вариантами. Что не так уж и страшно само по себе — страшнее наша на то реакция. Нередко одержимость идеалом становится почти болезнью, которую я называю синдромом «принцессы» (или принца, поскольку с мужчинами это случается не реже, чем с женщинами). Люди с подобным синдромом боятся или не могут ­поддерживать длительные отношения и бегут от партнера при первых же признаках неидеального поведения. Все свои эмоции они вкладывают в первые месяцы «большой любви», совершая романтические поступки и стараясь, чтобы их отношения были не хуже, чем в кино или книжках. Малейшая деталь реального мира может все для них разрушить, причем навсегда. Я никогда не забуду трагикомическую историю несчастной любви, которую мне рассказала моя бабушка. Ее подруга детства, молодая сельская учительница, встречалась с парнем, статным красавцем и разбивателем женских сердец. Он играл на баяне, лихо скакал на лошади и был обладателем самых белоснежных зубов во всем районе (которыми он безжалостно открывал бутылки с железными пробками, демонстрируя модное в то время пренебрежение к собственному здоровью). Их отношения становились серьезными, и подруга уже фантазировала о свадьбе и детях, как вдруг случилось непоправимое. Как-то она проходила мимо группы парней, оживленно что-то обсуждающих, и заметила в группе своего любимого. Она решила сделать ему сюрприз и, подойдя к нему со спины, обхватила его за плечи. Сюрприз, очевидно, удался, и парень от неожиданности громко пукнул. После своего конфуза он так и не оправился и отношения с девушкой разорвал, как она ни пыталась убедить его в неизменности своих чувств.

А вот моя подруга Света пострадала от собственного стремления к самосовершенствованию. Ее роман с испанским красавцем, профессором литературы, начался стремительно и бурно. Ее возлюбленный обладал всеми атрибутами настоящего кабальеро — от черных кудрей до жгучего взора. Мало того, будучи красавцем, Мигель (так звали испанца) постоянно восхищался Светой, вознося до небес ее голубые глаза и остальные выдающиеся части тела. Света же, считая свою внешность довольно посредственной, была уверена, что ее красота возможна лишь в результате постоянных усилий. Она тратила всю зарплату на новые платья, не снимая, носила свои самые высокие каблуки, часами накладывала сложный макияж, а потом, не переставая, смотрелась в каждое встречное зеркало, чтобы убедиться, что с лицом все в порядке. Она переносила свидания с Мигелем только потому, что обнаруживала микроскопический прыщик у себя на лбу, отказывалась заходить с ним в закусочную на углу лишь оттого, что не могла позволить испанцу увидеть ее неэлегантно жующей гамбургер.

При этом ей казалось, что она недостаточно хороша, и она старалась делать для Мигеля все — от собственноручно приготовленного ужина из трех блюд до чтения вслух поэзии Мандельштама (на которой специализировался испанец), чтобы влюбить его в себя как можно сильнее. Как-то раз, перед тем как отправиться с Мигелем в ночной клуб, Света наложила на лицо специальную разглаживающую маску. В клубе, где было установлено лазерное освещение, оказалось, что следы Светиной маски, невидимые при обычном свете, ярко выступают на ее лице разнообразными пятнами и полосками. Мучительные полчаса она провела в туалете, пытаясь смыть злосчастные пятна, и в итоге объявила Мигелю, что, чтобы ему не было за нее стыдно, она уходит домой. Зря он пытался убеждать ее, что она — самая красивая женщина в клубе и что ее светящиеся полоски на лице — очень трогательная деталь. Света ушла рыдая.

В результате их роман стал для Светы слишком сильным испытанием. Она жила рядом с ним в постоянном страхе и напряжении, пытаясь соответствовать придуманному ею же идеалу женщины, что постепенно трансформировало ее влюбленность в Мигеля в ожесточенность против него и почти ненависть. Ей казалось, что он не ценит ее жертв и не понимает, как много она для него делает. Испанец же просто радовался жизни и правда не осознавал всех сложностей Светиного характера. Оттого он очень удивился, когда Света устроила громкий скандал, обвинила его во всех смертных грехах и ушла, хлопнув дверью. Мигель же уехал обратно в Испанию, разочаровавшись в любви — по крайней мере на ближайшие несколько месяцев. Он послал Свете письмо. «Ты постоянно смотрелась в зеркало, любуясь своей красотой, — написал он. — Я должен был понять, что это знак самовлюбленности и эгоизма. А свидания, которые ты отменяла! Ты всегда считала, что я недостаточно для тебя хорош».

«Может быть, он и правда считал, что я красивая», — задумалась Света. Но потом отогнала эти мысли прочь. Она до сих пор думает, что просто недостаточно старалась в их отношениях и что он наверняка бы бросил ее, если бы она не успела это сделать первой. «Я открыла секрет успешных отношений, — любит говорить она подругам. — В них либо ты бросаешь, либо бросают тебя. Лучше делать это первой, как только заметишь неладное. Так никто никогда не разобьет тебе сердце».


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.