Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Секс, как это мило

В сексе романтика совершенно не­уместна, считает Илья КИРДАНОВ. Впрочем, цинизм — тоже не выход. Истина, как обычно, где-то рядом

image

В сексе романтика совершенно не­уместна, считает Илья КИРДАНОВ. Впрочем, цинизм — тоже не выход. Истина, как обычно, где-то рядом

Когда человеку приходится делать сложный выбор между романтикой и цинизмом в сексе, лучше всего старательно избегать ярких проявлений и того и другого. Первое неплохо оставить для свиданий, второе — для общих взглядов на устройство мироздания, а вот в сексе правильнее делать упор на более естественное поведение.

Романтичный секс — это очень плохо. Обычно этим словом вежливые девушки описывают секс с такими специальными партнерами, от которых в постели толку примерно столько же, сколько от кошки — в нейрохирургии. Пусть даже эту кошку природа щедро наделила микроскальпелем. (Чтобы прилагательным «романтичный» в сексуальном контексте пользовались мужчины, я вообще никогда не слышал, хотя не берусь утверждать, что такой казус ни разу не имел места в истории эволюции: природа, как мы знаем, любит экспериментировать.) Нежность, недосказанность, тонкость переживаний, легчайшие прикосновения пальцев к шее, а губ — к бессмертным строкам любовной лирики — в сексе все это работает очень вяло. То есть, пока не расстегнута первая пуговица на валенках, все это вполне сгодится, но дальше нужно срочно что-то менять.

Хороший секс — это танго, самый неромантичный танец на свете. Даже в брейк-дансе мужчина не выказывает такого властного неуважения к партнерше, а женщина — к правилам хорошего тона.

Почтительность, восхищенная бережность по отношению к даме — это розовый кит, на котором стоит романтика. Но какая девушка пожелает, чтобы это животное плескалось на сцене в самый ответственный момент? Чтобы мероприятие имело хоть какой-то смысл, в нем должен присутствовать зверь, но скорее родственный леопарду, тигру или хотя бы удаву. В общем, нечто завораживающе опасное, обманчиво прекрасное и явно хищное.

Мне могут возразить, что понятие «романтизм» можно толковать куда шире, чем это осмеливаюсь делать я. Что романтичность включает в себя не только вздохи на скамейке, но и авантюрную сторону бытия. Ну то есть всю эту злодейско-вампирско-пиратскую эстетику, когда корсаж красавицы рассекается кинжалом и с экстатическими проклятиями пьется вино из соответствующих ложбинок. Да, пожалуй. Но для этого, знаете ли, желательно быть киногероем, у которого впереди еще дублей сто пятьдесят — на случай, если вино потечет не туда, а кинжал поломается.

image

Но цинизм еще хуже романтизма. Под цинизмом надо понимать такие мероприятия, как здоровый смех, спортивный подход к делу и называние вещей своими именами. Нет, можно лупить друг друга подушками, хохотать до упаду и рассказывать партнеру, чего именно ты хочешь, вплоть до создания подробных чертежей с правильными углами наклона и амплитудой фрикций. Непринужденно употребляя при этом не только медицинские термины, но и те самые простые и понятные слова на Ю и, допустим, Ы, при помощи которых в нашем языке так просто объяснить все — от капризов погоды до тонкостей ракетостроения.

Но такой простой и искренний подход к делу — самый надежный способ превратить секс в самую скучную вещь на свете. Обычно к такой тактике приходят супружеские пары на третьем году совместной жизни, и, как обладатель двух детей, собаки и недописанной докторской, я их порицать не возьмусь. Веселый, дружеский, откровенный секс может приносить качественное физическое удовлетворение, но вот эмоциональная составляющая куда-то оперативно улетучивается. И чтобы вернуть ее обратно, бывшим влюбленным сплошь и рядом приходится плодить на обратной стороне своих век посторонние образы. Всяких как бы скарлетт йоханссон в дезабилье и почти докторов хаусов в расстегнутых синих рубашках. То есть прибегать к методам хоть и распространенным, но пораженческим. И хорошо, если эти призраки так и останутся бесплотными, хотя шансов на это было немного даже и в более сурово относящихся к супружеским изменам обществах.

Потому что такова природа человека: будучи буквально помешаны на сексе, мы с трудом находим в нем смысл, если не добавляем в него должного количества сакральности, значительности и скрытого страха. И если мы не чувствуем (хотя бы долю секунды), что от улыбки этой красавицы падут царства, а от нашего с ней союза родятся боги, то секс будет... Нет, как мужчина, я, естественно, считаю, что даже плохой секс — это очень хорошо, но все-таки чтобы запели очень большие и очень горластые птички, даже нам нужно нечто большее, чем «ну-ка, детка, теперь повернись». Что уж говорить о женщинах.

Так что золотая середина между цинизмом и романтизмом пролегает в той области, в которой НЕ ВСЕ вещи произносятся вслух, в которой взгляды говорят больше, чем слова, наши тела — решительнее нас самих, а восхищение уступает место желанию. Не ждите, чтобы я описал эту таинственную область подробнее и понятнее: многие до меня пытались это сделать, начиная с царя Соломона и заканчивая группой The Beatles, но идеального описания вроде так никто пока и не добился.

Фото: Grevimar/Cristiano


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.