Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Финансы поющие: легко ли быть биржевым воротилой?

Как я была биржевым воротилой и другие захватывающие приключения дамы с деньгами

Финансы поющие: легко ли быть биржевым воротилойФОТОJames Dawe

Несколько лет назад Отец Моего Ребенка (далее ОМР) где-то — путями праведными либо неправедными — раздобыл умеренно крупную кучку денег. Он явился ко мне в ночи с пухлым конвертом в победительной длани и широким жестом швырнул приношение на кухонный стол, пояснив, что это — «на образование сыну!». Я была тронута. (До сих пор в материальном плане толку от ОМР было не больше, чем от славного племени козлов — прибытка в молочной промышленности.) Я была тронута настолько, что решила не тратить принесенную сумму на всякие приятные, но сиюминутные житейские мелочи. До института ребенку предстояло еще много лет бездельничать в школе, и я сочла, что наиболее правильным поступком будет вложить эти неожиданные деньги куда-нибудь, где они станут расти и размножаться. А вдруг пройдет энное количество лет и там уже хватит на Стэнфорд? А то и на Кембридж? Но выяснилось: выращивание денег — процесс нервный.

Форекс

У меня была знакомая, у которой была знакомая, муж которой «нехило поднялся на Forex». Среди моих друзей это была такая витающая в воздухе аксиома: если уж дела пойдут совсем неладно, то всегда можно нехило подняться на Forex. Я смутно представляла, что это такое, но не боги горшки обжигают — открыла интернет и стала собирать информацию про это финансовое эльдорадо. Выяснилось, что Форекс — это нечто вроде всепланетного казино, где вместо фишек — разнообразные валюты, которые можно покупать и продавать, невероятно при этом обогащаясь. В интернете так и писалось: «Я купил замок на Луаре всего за неделю, и у меня еще осталось на мороженое!» Выяснилось, что, для того чтобы стать валютным спекулянтом, нужно заключить договор с одним из дилинговых центров, у которых есть лицензия, закачать программу — и дальше остается только озаботиться наличием свободных мешков для складывания купюр. Центр я выбрала, программу с грехом пополам скачала и поиграла на бесплатной демоверсии. Демоверсия за сутки удвоила мой условный капитал — я была тронута. Но живых денег вкладывать все же не стала, а еще неделю потратила на знакомство с предметом. Оказалось, что если пролистнуть первые десять-двенадцать страничек поисковика, то восторженные похвалы и замки на Луаре сменяются мрачными записками в стиле «не ведитесь на это мошенничество», «как я потерял тысячу долларов» и прочими ужасами. Я позвонила знакомой знакомой. Оказывается, с ее мужем — знатным взломщиком Форекса — поговорить никак нельзя, потому что он третью неделю в запое. Формально. Потому что неформально он этим занимается уже третий год — после того как проиграл две бабушкины квартиры. Пустил их, так сказать, на благо мировой валютной обстановки. В телефонной книжке у меня имелся еще один интересный номер под позывными «Сережа-биржевик» — последствие одной слишком бурной вечеринки. Пришлось обращаться к нему.

— Форекс? Дорогая, мне ты не показалась дурой...

— Но ведь это реально работающая штука?

— Во-первых, дилинговые центры будут делать с твоими деньгами все, что в голову взбредет, — и никаким судом ты не докажешь, что они недобросовестны. Ну мало ли почему позиция закрылась на таких цифрах.

— Что это значит?

— Неважно. Во-вторых, конторы, которые серьезно работают с Форексом, — это сотни профессиональных финансистов. Неужели ты думаешь, что частники со своими жалкими ставками могут там хоть что-то выиграть? Особенно не имеющие соответствующего образования? Уничтожь эту программу и забудь как страшный сон. Хочешь управлять деньгами — поступай в финансовый институт, меняй профессию. А если хочешь играть на бирже — то найди себе хорошего брокера, пусть он соберет тебе портфель акций. Могу, кстати, дать телефон парня, который этим занимается...

Программу я удалила. Но до того занесла на счет 250 долларов и рассталась с ними за первый же день. Как это произошло, я так и не поняла: что-то на рынке где-то скакнуло — и мой счет обнулился.

ИТОГ: – 250 долларов за сутки

легко ли быть биржевым воротилой?ФОТОGetty Images

Биржа

Парень, который ЭТИМ занимается, был терпелив, приятно пах, и у него была свежая рубашка. Он два часа рассказывал мне, как мы будем покупать и продавать акции. Мы заключили официальный договор, я передала ему 10 000 долларов и стала жить-поживать. Иногда он звонил мне сообщить, что мы в плюсе. Пока небольшом. Иногда на рынке происходили всевозможные потрясения, и мы оказывались в условном минусе. Тоже не ужасающем. «Европа плюс» в моей машине сменилась «Коммерсант FM». Меня беспокоила рецессия и мировое снижение цен на энергоносители. Так продолжалось два года — и после очередного отчета моего брокера о том, почему мы опять ничего не заработали, а немножко потеряли, я сказала, что хочу продать свои акции и получить вырученные деньги. Деньги выводились долго и мучительно, и еще спустя полгода мне возвратили первоначальный капитал, увеличившийся на 16 долларов, ­если ­исходить из курса на ту минуту.

ИТОГ: + 16 долларов за 2 года

Частное кредитование

Но биржа была не единственным лукошком, в котором я на тот момент хранила яйца. Оставшуюся сумму я отдала под нотариальный договор коллеге, которая хотела разделаться с остатками ипотеки. Она выдала мне расписку, что через год обязуется уплатить сумму, на 5 % превышающую ту, что я ей дала. В у. е., естественно. И она действительно вернула все в срок и была чрезвычайно довольна, так как банковский кредит обошелся бы ей значительно дороже. С другой стороны, я вряд ли рискнула бы одолжить деньги человеку, который не был мне известен как лицо крайне ответственное и порядочное, не говоря уже о незнакомце, поэтому идею частного кредитования физических лиц на будущее я отвергла.

ИТОГ: + 500 долларов за год

Недвижимость

Тем более как раз подвернулась замечательная возможность. Несколько моих друзей на тот момент собирались заняться спекуляцией с недвижимостью. План был гениальный: мы покупаем несколько квартир в строящемся доме в Южном Бутове. А когда дом достроится — а именно через 7–8, максимум 10 месяцев, — мы их продадим толпам желающих. С прибылью уж никак не меньше, чем в 20 %. Мы сравнили цены на рынке и убедились, что проиграть тут невозможно. Мы даже съездили посмотреть на строящийся дом. Он действительно строился — рабочие суетились на гордо прущей из котлована конструкции, краны скрипели, грузовики курсировали. Нам как раз хватило на две однокомнатные квартиры — самый ходовой товар.

Ну, конечно, строительство и отделка, а главное — ­окончательное согласование дома с властями затянулись не на 7 и не на 10, а на 23 месяца. После чего мы еще полгода искали покупателей на эти мерзкие хибары и нашли с огромным трудом, едва отбив вложения, потому что жилья на московском рынке оказалось куда больше, чем желающих его купить. Просто потому, что люди, которые готовы заплатить такие деньги за квартиру, не хотят жить в таких квартирах, которые за эти деньги можно купить. Удивительный и печальный парадокс.

ИТОГ: 0 (ноль) за два года

легко ли быть биржевым воротилой?ФОТОGetty Images

Торговля антиквариатом

Это вообще была спонтанная эскапада. Все началось с того, что я решила продать давно раздражавшую меня гравюру неизвестного художника XVIII века «Бегство мавров из Гранады». Мавры бежали из Гранады у меня в кухне по милости покойного дедушки, осчастливившего меня ими по случаю поступления в институт. Тогда я была расстроена, так как предпочла бы мобильный телефон. Как выяснилось, к дедушке я была несправедлива: на аукционе, куда я отнесла гравюру, ее оценили примерно как полтора айфона. Правда, продать все равно не продали, так что мавры по-прежнему со мной. Но зато я познакомилась с барышней, занимающейся этими аукционами, и какое-то время мы с ней увлеченно собирали по коллекционерам финифтевые броши, расписные прялки и чайные сервизы, а потом их продавали либо в антикварные салоны, либо на такие же аукционы, которых в Москве проходит немало. Кроме того, кое-какие вещи покупали — и за приличные деньги — настоящие музеи. У барышни были искусствоведческие знания, у меня — капитал, и мы были отличным тандемом. И если бы Настя не влюбилась в шотландца и не уехала к нему в Гонконг (ну да, и так бывает), мы бы продолжали заниматься этим до сих пор. Ее чутье на хорошие вещи и умение ладить с людьми принесли мне примерно 5 000 долларов за год. Плюс у меня еще осталась не проданная нами индийская старинная открывалка для кокосов в виде огромного крокодила с железным крючочком в пасти.

ИТОГ: + 5 000 долларов за год

Биткоины

Ну, тут мне просто повезло. На фоне временной общенародной увлеченности этой электронной валютой я ­купила биткоинов на сумму в 3 000 долларов, через ­неделю продала их за 4 000 и правильно сделала, потому что спустя три дня Китай то ли что-то подписал, то ли что-то отказался подписывать, и биткоины стремительно обвалились в цене. Тем не менее идея не покупать электронные монетки, а самой генерировать их на своем компьютере показалась мне очень симпатичной. И казалась такой до тех пор, пока я не выяснила, сколько стоит оборудование, при помощи которого удалось бы добыть хоть какое-то осмысленное их количество. Сумма была со многими, очень многими нулями, а требуемый вычислительный центр просто не влез бы в мою квартиру. Так что план стать шахтером электронных денег засох на корню. А жаль — как приятно было бы лежать на диване с чашкой кофе и наблюдать, как умная машина извлекает из небытия виртуальные, но обладающие реальной покупательной способностью деньги…

ИТОГ: + 1000 долларов за неделю. Повезло

Финансирование предприятия ПЛЮС банковский процент

Посмотрев на сына, который вырос из очередных штанов, я поняла, что времени остается немного и мой план покорения Кембриджа висит на волоске. Именно поэтому я ввязалась в авантюру с прополисом. Прополис — это такая штука, которую выдаивают из пчел, но не мед и не яд, и даже не воск, но тоже очень полезная, а главное, дорогая вещь. Все это мне рассказал будущий прополисный магнат, с которым меня познакомили для того, чтобы я дала ему денег. На пчел, пчелиные домики, пчелиных работников, пчелиные витамины, пчелиные грузовички и на прочий важный пчелиный скарб. Из расчета прибыль пополам. Я ознакомилась с предполагаемым списком потребителей прополиса, с несколькими заключенными контрактами и категорически отказалась ехать на пасеку под Волоколамском, тем более что пчеловод и так привез с собой оттуда ролики, на которых были видны синие ульи и желтые довольные пчелы, ползающие по клеверу. Так я стала совладельцем пасеки. И являюсь им до сих пор.

Это довольно бесхлопотно, если не считать того, что мне теперь приходится заполнять налоговую декларацию. К счастью, мне в этом помогает пчеловод Андрей Алексеевич, с которым мы несколько раз в год встречаемся в Волоколамске. Кстати, очень милый город.

Денег, которые он мне отчисляет от прибыли, заработанной на прополисе (и меде, и воске), в Москве можно было бы раздобыть, устроившись дворником. Я их просто и без затей кладу в банк на накопительный счет, с которого мне еще дополнительно идет 5 % в год. Банк «Райффайзен», если что. А к тому времени, когда сын закончит школу, Андрей Алексеевич планирует выкупить мой пай пасеки. И Кембридж все еще под вопросом, но Лондонскую школу бизнеса я наверняка потяну.

ИТОГ: + 4 000 долларов в год


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.