Отношения

Любовь и секс, психология отношений в семье, секреты успешной карьеры и высокой самооценки - узнавайте больше о себе и своих близких.

Ах, увольте!

Потеря работы – это лишь начало новой жизни, считает не раз становившийся безработным Игорь Гребельников, а вместе с ним и четверо уволившихся, но нашедших себя женщин.

АХ, УВОЛЬТЕ!

Потеря работы – это лишь начало новой жизни, считает не раз становившийся безработным Игорь Гребельников, а вместе с ним и четверо уволившихся, но нашедших себя женщин

Еще вчера все было так хорошо... как и позавчера, как и месяц назад, как и год. Но вот за ланчем обычно словоохотливая коллега ведет себя как-то неестественно, отводит глаза в сторону, а под конец неловкой трапезы выдавливает: «Тебе нужно искать новую работу». Врагу не пожелаешь такого last dinner.

Дальше будет только хуже. Бессонница, и вы приходите на работу первой. И тут же звонок из отдела кадров. Все еще приветливый кадровик (работа у нее такая, быть приветливой) просит написать заявление по собственному. Что у нас там с собственным желанием? По аськам, сотовым и мейлам уволенные подруги твердят только одно: «Не пиши. Пусть заплатят». Еще несколько дней (или недель — это уже как повезет) нервотрепки, и формулировка «уволена по соглашению сторон» — у вас в трудовой книжке, два (а может, даже четыре) оклада — на руках. Вы — свободная птица! Самое время ощутить себя счастливой! Но не тут-то было. Не каждому это по силам: тут стоит глубже заглянуть в себя.

Прошлой зимой на вернисаже я встретил коллегу, арт-критика, которая в тот вечер могла говорить только об одном — о ее сегодняшнем увольнении. Я пытался утешать: «Дорогая, мы ведь все послезавтра летим в Майами — на неделю!!!» (Там открывалась русская выставка, и спонсоры были так щедры к журналистам.) Не сработало: «Майами? Да разве что в бассейн к крокодилам там мне броситься!» — «Увольнение — это же освобождение!» — не унимался я, опрокидывая очередной бокал с шампанским. С тех пор со мной она не разговаривает. Впрочем, и к крокодилам не нырнула.

К счастью, есть другие истории. Когда увольнение стало избавлением от скучных трудовых будней, изматывающего чувства страха потерять работу. Когда оно развязало руки, отпустило фантазию и открыло совершенно новые горизонты. Когда оказалось, что самореализация (а ради чего еще мы живем?) это вовсе не значит работать по найму с утра до вечера плечом к плечу с опостылевшими коллегами. «Лучше год побыть тигрицей, чем всю жизнь — овцой», — обронила как-то Мадонна. Что-то подобное в свое время ощутили героини, поделившиеся с ELLE историями о том, как потеря работы помогла им лучше себя узнать и изменить свою жизнь.

АХ, УВОЛЬТЕ!
Эльвира, 38 лет, бывшая сотрудница PR-агентства, Москва

Последние восемь лет были сплошным взлетом карьеры. Когда-то мы с мужем зарабатывали поровну, но денег нам катастрофически не хватало. Тогда я сменила сферу деятельности, из риелторов ушла в пиар — и открылось второе дыхание. Правда, вкалывать пришлось реально много: мозговые штурмы, сложные переговоры, работа по выходным. Зато и дела пошли в гору: я успела выплатить два больших кредита — на квартиру и машину. Дважды в год мы с мужем ездили в отпуск за границу, родителей отправляли на отдых в Грецию и Черногорию.

Но была и серьезная проблема: выкидыши, три — за последние четыре года. Всякий раз с таким трудом беременела — и все напрасно. Врачи, муж, родители, все говорили: бросай работу. А как ее бросишь, когда один клиент — за другим, один богаче другого? Да еще эти кредиты! Не хотелось затягивать выплаты на полжизни. Но в то же время хотелось своего ребенка — годы ведь идут, мне под сорок.

Последний выкидыш совпал с началом кризиса, а тут еще и сокращение, увольнение. Два месяца я прожила как в аду — ревела, судилась, рассылала резюме, а потом решила: все, хватит. Какие-никакие деньги есть, у мужа зарплата хоть и не очень большая, но стабильная. Буду лечиться и рожать. Вот-вот у меня родится девочка. А все потому, что по-настоящему я давно мечтала только об этом и была абсолютно счастлива в течение всей своей беременности,
с первых ее дней. Счастлива, даже несмотря на то что уволена.

АХ, УВОЛЬТЕ!
Настя, 28 лет, бывший аудитор, Ростов-на-Дону

Окончив экономфак, работала аудитором. Сначала в одной компании, потом — в другой, стажировалась за границей, вернулась уже в третью компанию, на очень хорошую позицию.

В нашей работе мало романтики — одни цифры. Но я всегда утешала себя тем, что стабильность в работе — это главное. Хотя, конечно, чего-то не хватало — наверное, эмоций, переживаний и, честно говоря, личной жизни: коллективы были в основном женские. Я не относила себя к их активной половине: не спускалась на байдарках с горных рек, не ходила в пешие походы, не путешествовала с дайверами. Характер у меня домашний, да и фигура далеко не спортивная: 80 килограммов при росте 170. Сбрасывала иногда, но потом опять набирала, ведь работа малоподвижная.

Думала, нас, аудиторов, кризис не коснется. Ошиблась. Увольнение повергло меня в жуткую депрессию. Месяц валялась перед телевизором с чипсами, пиццей и шоколадом. Результат апатии и обжорства — 95 кг веса! Взялась за книжки: просто решила перечитать любимую классику — Тургенева, Толстого, Чехова, Булгакова, Набокова. И депрессия вдруг прошла. Я посмотрела на свою жизнь новым спокойным взглядом и поняла, что ничего страшного со мной еще не произошло, что все поправимо. Мне стало ясно, что я больше не хочу считать чужие доходы. Решила открыть небольшое, но свое дело. Поняла, что таких клуш, как я, с избыточным весом, сидящих по офисам, полным-полно: надо организовать им нормальное низкокалорийное питание в рабочее время. Я как-то читала в журнале о подобном бизнесе в Москве. Уже полгода наша фирма занимается доставкой готовых диетических обедов: женщинам нравится, заказов становится все больше, сама я вешу около 70, и это не предел. Я стала много общаться, в том числе и с мужчинами, да и они — со мной. Новая работа и увольнение изменили меня.

АХ, УВОЛЬТЕ!
Оксана, 28 лет, бывший юрист, Москва

Казалось бы, юристы знают все законы и умеют отстаивать права, но перед кризисом и многие из нас оказались не защищены. Я, конечно, получила максимальную компенсацию в связи с сокращением штатов на предприятии, но уже прошло восемь месяцев с тех пор, как я стала безработной. Но это вовсе не означает, что у меня нет возможности зарабатывать: я стала консультировать частным образом. Обращений сейчас очень много: уволенных вон сколько!

Благодаря работе на дому свободного времени стало больше, и я стала размышлять, что же в моей жизни не так, кем я хочу быть и вообще. Как ни странно, полезными оказались советы из глянцевых женских журналов, которых у меня тонны: я всегда скупала их пачками, но рассматривала там только фотографии модной одежды и макияжа. Мой безупречный (как мне казалось) внешний вид почему-то не делал меня счастливой в личной жизни: любовники иногда были, но постоянного мужчины — нет, а если в меня кто-то и влюблялся, то почему-то обязательно мужчины с усами, за сорок. Но самое страшное, что я и сама никого не любила: во всех выискивала и находила сплошные недостатки. А тут прочитала статью психолога в журнале о том, что в моем случае нужно обратить внимание как раз на тех, кто чаще всего становился объектом моей критики. Был у меня такой сокурсник, парень из соседнего подъезда — нескладный, худощавый, какой-то блеклый, с грустными глазами, назойливо-вежливый, постоянно спрашивает, как у меня дела. Да еще и работает следователем в ОВД. Но я решила послушаться совета из журнала и завела с ним беседу: оказалось, что он, по крайней мере, с чувством юмора. Со временем открылись и прочие достоинства, да еще какие! Конечно, есть и недостатки: а у кого их нет? Но главное, мы теперь не только постоянные любовники, но еще открываем свой бизнес — что-то вроде детективного агентства: будем помогать семьям достойно разводиться. Жду, когда он уволится из органов по собственному желанию.

АХ, УВОЛЬТЕ!
Ксения, 36 лет, бывший музейный работник, Санкт-Петербург

Нет, меня не увольняли — я сама ушла из музейного дела: успела поработать в разных музеях, на разных должностях — от экскурсовода до старшего научного сотрудника. Я любила свою работу: близость к произведениям искусства помогала пережить нищенскую зарплату. Но то ли интерес к работе исчерпал себя, то ли жить как серая мышь мне надоело, я решила взять тайм-аут на пару месяцев и подумать о своем будущем.

Оказалось, что я не одинока в своем желании, и мы с двумя подругами решили открыть свое дело: организовывать экскурсии для иностранцев по нашему городу, но не те банальные, что предлагают турагентства, а особенные, для взыскательной публики — типа «Петербург глазами Иосифа Бродского» или «Непридуманные ужасы блокадного Ленинграда». На троих мы знаем три иностранных языка. Забросили соответствующие объявления на зарубежные сайты для путешественников, и нам посыпались заявки. Конечно, их не так много, как у конкурентов, привозящих колонны автобусов в Петергоф, но зато мы занимаемся любимым делом, делимся своими знаниями о нашем городе, о его великой истории. Да и наши новые доходы не сопоставимы с теми, что предлагают своим сотрудникам Эрмитаж и Русский музей. Наши гости остаются очень довольны и уже даже рекомендуют нас своим знакомым, так что к следующему лету нашей фирме придется расширяться. К счастью, в наших музеях немало скучающих научных сотрудников.

Фото: folio-id.com


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.