Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Мэри-Кэйт и Эшли Олсен

Звездное детство осталось в прошлом. ­Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен — признанные ­дизайнеры, работающие над созданием успешной ­деловой империи. Следующая цель? Карьера, которая могла бы соперничать с достижениями Тома Форда. Авриль Мэйр приоткрывает завесу над самым тесным партнерством в мире моды.

image

Звездное детство осталось в прошлом. ­Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен — признанные ­дизайнеры, работающие над созданием успешной ­деловой империи. Следующая цель? Карьера, которая могла бы соперничать с достижениями Тома Форда. Авриль Мэйр приоткрывает завесу над самым тесным партнерством в мире моды.

Ветер гуляет по Нью-Йорку. На улицах пустынно, и некому поглазеть, как мощный джип подруливает к тротуару. Передняя и задняя двери машины одновременно распахиваются, выпуская наружу две изящные златоглавые фигуры. Мэри-Кейт и Эшли скрываются в недрах здания напротив. Жизнь на Нижнем Манхэттене идет своим чередом.

Став знаменитостями еще во младенчестве, сестры Олсен всю жизнь проводят в отблесках славы. Добившись немалых успехов на кинематографическом поприще, эти полутораметровые крошки сумели стать весомыми фигурами в мире моды. Причем в отличие от большинства звезд Мэри-Кейт и Эшли заработали репутацию не благодаря раскрученным именам. У них есть чутье и деловая хватка, а главное, они готовы рисковать. Их стиль, уникальный и в высшей степени неоднозначный (имена сестер можно встретить как в перечне «самых стильных», так и в списке «самых безвкусно одетых»), зачастую описывают вежливой формулировкой «эксцентричный». Однако он стал одним из самых запоминающихся за последнее десятилетие.

Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен приехали в фотостудию для съемки каталога новой коллекции Elizabeth and James — одной из принадлежащих им марок модной одежды. Знакомясь со мной, Эшли, старшая из сестер (пусть всего лишь на две минуты), с виду более открытая и деловая, крепко жмет руку, легко и без смущения вступает в разговор, в то время как Мэри-Кейт ведет себя более осторожно — появляется чуть позже в облаке духов Tom Ford и тихо здоровается. Они не близнецы, а двойняшки, хотя поначалу и трудно отличить одну от другой. Они называют себя «зеркальными копиями»: одна левша, другая — правша; у одной доминирует левое полушарие, у другой — правое. «Нас привлекают разные вещи, но в итоге мы неизменно приходим к одному решению, — объясняет Эшли. — Думаю, мы даже не осознаем, насколько интуитивным все кажется со стороны. По сути, это единый мыслительный процесс, разделенный между двумя людьми». Мэри-Кейт высказывается проще: «Мы уравновешиваем друг друга. С творческой точки зрения ничто и никогда нас не разлучит». Девушки живут раздельно, но буквально в квартале друг от друга и ежедневно проводят вместе куда больше времени, чем порознь: они все время заняты работой и расстаются лишь на ночь. Они не только сестры, но и близкие подруги.

И тем не менее они очень разные. Сегодня Эшли одета в розовое пальто-кокон от Balenciaga поверх свитера овсяного цвета от Marc Jacobs плюс джинсы Earnest Sewn в обтяжку и туфли Manolo Blahnik на невысоком каблуке. Мэри-Кейт закутана в многослойное черное нечто. Ее пальцы унизаны кольцами — эклектичная коллекция старинных, сверкающих бриллиантами экземпляров. Войдя в студию, сестры оставляют сумочки на столе. Принадлежащая Эшли — в великолепном состоянии: аккуратно застегнута, ни единой царапины на коже. Сумка Мэри-Кейт успела «повидать виды» и доверху набита ручками, сигаретными пачками, жевательной резинкой, блокнотами и прочими разнокалиберными предметами, выпирающими то тут, то там.

Эшли то и дело отзывают в сторону переговорить о делах, Мэри-Кейт в это время продолжает сосредоточенно следить за съемками, бросаясь на съемочную площадку, чтобы поправить складки на юбке, прося стилиста поменять туфлю, разглядывая снимки на мониторе. В перерыве она отдыхает, присев на колени к фотографу, и улыбается. Пока Эшли решает рабочие вопросы, сестра уносится в мыслях куда-то далеко. Мэри-Кейт, пожалуй, действительно выглядит немного мечтательницей, но непохоже, что у нее так уж много времени, чтобы предаваться грезам. Сегодня быть одной из сестер Олсен — немалая ответственность. Их фирма Dualstar Entertainment Group со штаб-квартирой на 22-й стрит, в манхэттенском «одежном» районе, располагает штатом в 30 сотрудников на полной ставке, но, несмотря на это, Мэри-Кейт и Эшли активно задействованы во всех вопросах, связанных с каждым из их совместных предприятий. «Мы мало кому доверяем, — говорит Эшли. — Мы с сестрой — перфекционистки и всегда хотим быть в курсе всего. Именно поэтому наша схема работает. Стоит нам отойти, как дело разлаживается». Мэри-Кейт добавляет: «Понимаю, звучит чересчур авторитарно, однако иначе нельзя. На нас лежит огромная ответственность. Когда твоя работа касается множества других людей, перестаешь думать только о себе».

image

Порой, глядя на миниатюрных Мэри-Кейт и Эшли, забываешь, что перед тобой влиятельные деловые леди. Но если раньше сестры были лицом коммерческой империи, выросшей на популярности американского телесериала «Полный дом» с их участием, сегодня они взяли бразды правления в свои руки и продают идеи, а не внешность. Проекты сестер Олсен многочисленны и разнообразны: прежде всего, конечно, The Row — их самая роскошная и дорогая марка (представьте себе Céline, затем умножьте ценник на два). Затем — в среднем диапазоне — Elizabeth and James и отпочковавшаяся от нее джинсовая коллекция Textile Elizabeth and James. Плюс два «сугубо американских» проекта — Olsenboye и StyleMint.com. Одежда Elizabeth and James продается более чем в 700 магазинах по всему миру, The Row — более чем в ста сорока. Среди известных клиентов сестер значатся имена Мишель Обамы и Анджелины Джоли. На Net-a-Porter к сезону осень — зима 2012/13 был выставлен рюкзак от сестер Олсен из крокодиловой кожи стоимостью 28 000 фунтов стерлингов. Модель уже распродана.

К сестрам Олсен, выросшим в пригородах Лос-Андже­леса в семье агента по недвижимости и домохозяйки, слава пришла почти случайно: в возрасте девяти месяцев Мэри-Кейт и Эшли попали на просмотр. Близнецы всегда востребованы в американской киноиндустрии — это позволяет обойти ограничения, связанные с продолжительностью рабочего дня для детей. Девочки были крайне милы внешне и — что особенно ценно — вели себя спокойно. Пробы были пройдены, и завертелось... «До восемнадцати лет мы работали почти без перерыва, — рассказывает Эшли. — А потом решили взяться за учебу. Именно тогда встал вопрос, стоит ли нам продолжать карьеру в индустрии развлечений». Последним совместным фильмом сестер была картина «Мгновения Нью-Йорка» в 2004 году. С тех пор Мэри-Кейт сыграла в нескольких независимых фильмах, однако, судя по всему, разрыв с киноиндустрией не был минутной прихотью. Сегодня актерские лавры принадлежат их младшей сестре, 23-летней Элизабет, покорившей публику ролью в фильме «Марта, Марси Мэй, Марлен». Конечно же, появляясь на публике, она надевает наряды, придуманные сестрами.

Даже в детстве Мэри-Кейт и Эшли имели право голоса в том, что касалось их карьеры. В частности, девочкам позволялось выбирать, в чем они появятся на экране. Из-за миниатюрных размеров «модельные» вещи приходилось перешивать. Неудивительно, что, обладая подобным опытом, сестры просто одержимы модой. «Мы многому научились, — говорит Мэри-Кейт. — Узнали, как воссоздать нужный силуэт во всех подробностях». И хотя сестры Олсен с раннего детства были избалованы дорогой одеждой, притягательную мощь своего стиля они осознали в полной мере лишь в 2004 году, поступив в Нью-Йоркский университет. Тогда они почти не исчезали со страниц изданий «про знаменитостей». Фотографии всегда были схожи — склоненные головы, фигуры, скрытые ворохом, казалось бы, случайной и не по размеру одежды («Мы приехали из Лос-Анджелеса, а в Нью-Йорке холодно!»), и с неизменными аксессуарами: огромными очками, высоченными стаканчиками с кофе, гигантскими сумками... Вскоре их «фирменный облик» стал культовым и проник повсеместно, оказывая влияние всюду — от коллекций Джона Гальяно до Topshop.
Однако в этих девушках, задающих тренды, есть что-то старомодное — они соблюдают приличия в том смысле, который чужд большинству современных знаменитостей. Они не склонны к эксгибиционизму ни в прямом, ни в переносном смысле этого слова: никакой «обнаженки» на подиуме, откровений в Твиттере, полное отсутствие «случайно загруженных» фото с телефона. «Я никогда не была бунтаркой, — говорит Эшли. — Комфорт­нее всего я чувствую себя, занимаясь делом».

image

На ниве моды Мэри-Кейт и Эшли ведут себя не менее деликатно и скромно. Вместо того чтобы выжать максимум из собственной популярности, они делают все, чтобы о ней не вспоминали. Представив в 2006 году марку The Row, названную так в честь знаменитой лондонской Сэвил-роу, родины портняжного искусства, они пытались как можно дальше дистанцироваться от ярлыка «еще одного звездного бренда». «Многие знаменитости сейчас идут в дизайнеры, — говорит Мэри-Кейт. — Но мы этот этап преодолели еще в глубоком детстве. Также я совсем не понимаю и другого веяния — когда дизайнеры становятся знаменитостями. Я стараюсь ориентироваться на людей скромных — таких, как Фиби Фило». По этой причине имена сестер не фигурируют на лейблах, а их фото не используются в рекламе. И очевидно, схема работает: половина Голливуда (Кэмерон Диаз, Энн Хэтэуэй, Эмма Стоун) который сезон расхаживает в мужских блейзерах от сестер Олсен.

«Следующее, чем мы хотели бы заняться, — розница, — сообщает Эшли. — Наш собственный магазин». Поскольку в университете она изучала архитектуру, речь заходит и о дизайне мебели. Когда сестры обсуждают планы на будущее, сразу бросается в глаза, насколько они амбициозны: «Это тоже творчество, просто в более широком масштабе, — рассуждает Мэри-Кейт, упоминая еще одну перспективную область — парфюмерию. — Чтобы стать успешным дизайнером одежды, сегодня нужно разбираться далеко не только в моде». Сестры симпатизируют Миучче Прада, Карлу Лагерфельду, Марку Джейкобсу и Саре Бертон, но подлинное восхищение у них вызывает Том Форд. «Потрясающая карьера — то, как он смог воплотить в жизнь все, что хотел, отвергая компромиссы, — говорит Мэри-Кейт. — От моды до кино — во всем ощущается его особенное видение».

То же самое можно сказать и о сестрах Олсен. Проведя 25 лет в свете прожекторов, развивая и во многом определяя само понятие «знаменитость», они четко осознают, кто они такие и чего хотят добиться. Возможно, их жизнь — не самый идеальный режим существования. «Немногие работают по 60 часов в неделю, — признает Эшли. — Мода не останавливается ни на минуту, и на нас ложится огромная нагрузка». Но после нашей беседы у меня не складывается впечатления, что сестры хотели бы заниматься чем-то другим. По крайней мере пока. «Чем бы вы ни занимались, невозможно думать об этом как о единственном пути, деле всей жизни, — говорит Мэри-Кейт. — В глубине души понимаешь, что все может поменяться. И если это произойдет, так тому и быть. Мы неплохо разбираемся в себе, и у нас есть чувство юмора. Это помогает».

Если бы можно было заглянуть на десяток лет вперед, каким вы видите свое будущее, интересуюсь я. Проделав путь от телевизионных поп-куколок до живого воплощения противоречивого стиля современности, какую новую планку возьмут сестры Олсен? Мэри-Кейт переглядывается с Эшли и смеется: «Если удастся окончательно повзрослеть — для нас этого будет уже достаточно».

ELLE Как бы вы охарактеризовали свой стиль?

МЭРИ-КЕЙТ Эксцентричный. При нашей работе нужно быть ­слегка чокнутыми. Я все время ношу униформу — черную.

ЭШЛИ Нам никогда не нравилось выглядеть нарочито сексуально. Думаю, что самым смелым нарядом, на который мы сможем решиться, будет брючный костюм.

ELLE вы меняетесь друг с другом одеждой?

М.-К. У нас куча общей одежды! Но есть вещи, к которым мы относимся немного собственнически.

ELLE Как насчет украшений?

Э. Дарим их друг другу на день рождения и на Рождество. Кроме того, у сестрицы было несколько щедрых поклонников!

М.-К. Сейчас мой самый щедрый поклонник — ты.

ELLE Говорят, вы никогда ничего не выбрасываете...

Э. Ни-че-го! Нам не нравится «избавляться» от вещей. Поэтому все — одежда, костюмы для клипов, в которых мы снимались в шестилетнем возрасте, — отправляется в кладовку.


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.