Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Мэри-Кэйт и Эшли Олсен

Звездное детство осталось в прошлом. ­Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен — признанные ­дизайнеры, работающие над созданием успешной ­деловой империи. Следующая цель? Карьера, которая могла бы соперничать с достижениями Тома Форда. Авриль Мэйр приоткрывает завесу над самым тесным партнерством в мире моды.

image

Звездное детство осталось в прошлом. ­Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен — признанные ­дизайнеры, работающие над созданием успешной ­деловой империи. Следующая цель? Карьера, которая могла бы соперничать с достижениями Тома Форда. Авриль Мэйр приоткрывает завесу над самым тесным партнерством в мире моды.

Ветер гуляет по Нью-Йорку. На улицах пустынно, и некому поглазеть, как мощный джип подруливает к тротуару. Передняя и задняя двери машины одновременно распахиваются, выпуская наружу две изящные златоглавые фигуры. Мэри-Кейт и Эшли скрываются в недрах здания напротив. Жизнь на Нижнем Манхэттене идет своим чередом.

Став знаменитостями еще во младенчестве, сестры Олсен всю жизнь проводят в отблесках славы. Добившись немалых успехов на кинематографическом поприще, эти полутораметровые крошки сумели стать весомыми фигурами в мире моды. Причем в отличие от большинства звезд Мэри-Кейт и Эшли заработали репутацию не благодаря раскрученным именам. У них есть чутье и деловая хватка, а главное, они готовы рисковать. Их стиль, уникальный и в высшей степени неоднозначный (имена сестер можно встретить как в перечне «самых стильных», так и в списке «самых безвкусно одетых»), зачастую описывают вежливой формулировкой «эксцентричный». Однако он стал одним из самых запоминающихся за последнее десятилетие.

Сегодня Мэри-Кейт и Эшли Олсен приехали в фотостудию для съемки каталога новой коллекции Elizabeth and James — одной из принадлежащих им марок модной одежды. Знакомясь со мной, Эшли, старшая из сестер (пусть всего лишь на две минуты), с виду более открытая и деловая, крепко жмет руку, легко и без смущения вступает в разговор, в то время как Мэри-Кейт ведет себя более осторожно — появляется чуть позже в облаке духов Tom Ford и тихо здоровается. Они не близнецы, а двойняшки, хотя поначалу и трудно отличить одну от другой. Они называют себя «зеркальными копиями»: одна левша, другая — правша; у одной доминирует левое полушарие, у другой — правое. «Нас привлекают разные вещи, но в итоге мы неизменно приходим к одному решению, — объясняет Эшли. — Думаю, мы даже не осознаем, насколько интуитивным все кажется со стороны. По сути, это единый мыслительный процесс, разделенный между двумя людьми». Мэри-Кейт высказывается проще: «Мы уравновешиваем друг друга. С творческой точки зрения ничто и никогда нас не разлучит». Девушки живут раздельно, но буквально в квартале друг от друга и ежедневно проводят вместе куда больше времени, чем порознь: они все время заняты работой и расстаются лишь на ночь. Они не только сестры, но и близкие подруги.

И тем не менее они очень разные. Сегодня Эшли одета в розовое пальто-кокон от Balenciaga поверх свитера овсяного цвета от Marc Jacobs плюс джинсы Earnest Sewn в обтяжку и туфли Manolo Blahnik на невысоком каблуке. Мэри-Кейт закутана в многослойное черное нечто. Ее пальцы унизаны кольцами — эклектичная коллекция старинных, сверкающих бриллиантами экземпляров. Войдя в студию, сестры оставляют сумочки на столе. Принадлежащая Эшли — в великолепном состоянии: аккуратно застегнута, ни единой царапины на коже. Сумка Мэри-Кейт успела «повидать виды» и доверху набита ручками, сигаретными пачками, жевательной резинкой, блокнотами и прочими разнокалиберными предметами, выпирающими то тут, то там.

Эшли то и дело отзывают в сторону переговорить о делах, Мэри-Кейт в это время продолжает сосредоточенно следить за съемками, бросаясь на съемочную площадку, чтобы поправить складки на юбке, прося стилиста поменять туфлю, разглядывая снимки на мониторе. В перерыве она отдыхает, присев на колени к фотографу, и улыбается. Пока Эшли решает рабочие вопросы, сестра уносится в мыслях куда-то далеко. Мэри-Кейт, пожалуй, действительно выглядит немного мечтательницей, но непохоже, что у нее так уж много времени, чтобы предаваться грезам. Сегодня быть одной из сестер Олсен — немалая ответственность. Их фирма Dualstar Entertainment Group со штаб-квартирой на 22-й стрит, в манхэттенском «одежном» районе, располагает штатом в 30 сотрудников на полной ставке, но, несмотря на это, Мэри-Кейт и Эшли активно задействованы во всех вопросах, связанных с каждым из их совместных предприятий. «Мы мало кому доверяем, — говорит Эшли. — Мы с сестрой — перфекционистки и всегда хотим быть в курсе всего. Именно поэтому наша схема работает. Стоит нам отойти, как дело разлаживается». Мэри-Кейт добавляет: «Понимаю, звучит чересчур авторитарно, однако иначе нельзя. На нас лежит огромная ответственность. Когда твоя работа касается множества других людей, перестаешь думать только о себе».

image

Порой, глядя на миниатюрных Мэри-Кейт и Эшли, забываешь, что перед тобой влиятельные деловые леди. Но если раньше сестры были лицом коммерческой империи, выросшей на популярности американского телесериала «Полный дом» с их участием, сегодня они взяли бразды правления в свои руки и продают идеи, а не внешность. Проекты сестер Олсен многочисленны и разнообразны: прежде всего, конечно, The Row — их самая роскошная и дорогая марка (представьте себе Céline, затем умножьте ценник на два). Затем — в среднем диапазоне — Elizabeth and James и отпочковавшаяся от нее джинсовая коллекция Textile Elizabeth and James. Плюс два «сугубо американских» проекта — Olsenboye и StyleMint.com. Одежда Elizabeth and James продается более чем в 700 магазинах по всему миру, The Row — более чем в ста сорока. Среди известных клиентов сестер значатся имена Мишель Обамы и Анджелины Джоли. На Net-a-Porter к сезону осень — зима 2012/13 был выставлен рюкзак от сестер Олсен из крокодиловой кожи стоимостью 28 000 фунтов стерлингов. Модель уже распродана.

К сестрам Олсен, выросшим в пригородах Лос-Андже­леса в семье агента по недвижимости и домохозяйки, слава пришла почти случайно: в возрасте девяти месяцев Мэри-Кейт и Эшли попали на просмотр. Близнецы всегда востребованы в американской киноиндустрии — это позволяет обойти ограничения, связанные с продолжительностью рабочего дня для детей. Девочки были крайне милы внешне и — что особенно ценно — вели себя спокойно. Пробы были пройдены, и завертелось... «До восемнадцати лет мы работали почти без перерыва, — рассказывает Эшли. — А потом решили взяться за учебу. Именно тогда встал вопрос, стоит ли нам продолжать карьеру в индустрии развлечений». Последним совместным фильмом сестер была картина «Мгновения Нью-Йорка» в 2004 году. С тех пор Мэри-Кейт сыграла в нескольких независимых фильмах, однако, судя по всему, разрыв с киноиндустрией не был минутной прихотью. Сегодня актерские лавры принадлежат их младшей сестре, 23-летней Элизабет, покорившей публику ролью в фильме «Марта, Марси Мэй, Марлен». Конечно же, появляясь на публике, она надевает наряды, придуманные сестрами.

Даже в детстве Мэри-Кейт и Эшли имели право голоса в том, что касалось их карьеры. В частности, девочкам позволялось выбирать, в чем они появятся на экране. Из-за миниатюрных размеров «модельные» вещи приходилось перешивать. Неудивительно, что, обладая подобным опытом, сестры просто одержимы модой. «Мы многому научились, — говорит Мэри-Кейт. — Узнали, как воссоздать нужный силуэт во всех подробностях». И хотя сестры Олсен с раннего детства были избалованы дорогой одеждой, притягательную мощь своего стиля они осознали в полной мере лишь в 2004 году, поступив в Нью-Йоркский университет. Тогда они почти не исчезали со страниц изданий «про знаменитостей». Фотографии всегда были схожи — склоненные головы, фигуры, скрытые ворохом, казалось бы, случайной и не по размеру одежды («Мы приехали из Лос-Анджелеса, а в Нью-Йорке холодно!»), и с неизменными аксессуарами: огромными очками, высоченными стаканчиками с кофе, гигантскими сумками... Вскоре их «фирменный облик» стал культовым и проник повсеместно, оказывая влияние всюду — от коллекций Джона Гальяно до Topshop.
Однако в этих девушках, задающих тренды, есть что-то старомодное — они соблюдают приличия в том смысле, который чужд большинству современных знаменитостей. Они не склонны к эксгибиционизму ни в прямом, ни в переносном смысле этого слова: никакой «обнаженки» на подиуме, откровений в Твиттере, полное отсутствие «случайно загруженных» фото с телефона. «Я никогда не была бунтаркой, — говорит Эшли. — Комфорт­нее всего я чувствую себя, занимаясь делом».

image

На ниве моды Мэри-Кейт и Эшли ведут себя не менее деликатно и скромно. Вместо того чтобы выжать максимум из собственной популярности, они делают все, чтобы о ней не вспоминали. Представив в 2006 году марку The Row, названную так в честь знаменитой лондонской Сэвил-роу, родины портняжного искусства, они пытались как можно дальше дистанцироваться от ярлыка «еще одного звездного бренда». «Многие знаменитости сейчас идут в дизайнеры, — говорит Мэри-Кейт. — Но мы этот этап преодолели еще в глубоком детстве. Также я совсем не понимаю и другого веяния — когда дизайнеры становятся знаменитостями. Я стараюсь ориентироваться на людей скромных — таких, как Фиби Фило». По этой причине имена сестер не фигурируют на лейблах, а их фото не используются в рекламе. И очевидно, схема работает: половина Голливуда (Кэмерон Диаз, Энн Хэтэуэй, Эмма Стоун) который сезон расхаживает в мужских блейзерах от сестер Олсен.

«Следующее, чем мы хотели бы заняться, — розница, — сообщает Эшли. — Наш собственный магазин». Поскольку в университете она изучала архитектуру, речь заходит и о дизайне мебели. Когда сестры обсуждают планы на будущее, сразу бросается в глаза, насколько они амбициозны: «Это тоже творчество, просто в более широком масштабе, — рассуждает Мэри-Кейт, упоминая еще одну перспективную область — парфюмерию. — Чтобы стать успешным дизайнером одежды, сегодня нужно разбираться далеко не только в моде». Сестры симпатизируют Миучче Прада, Карлу Лагерфельду, Марку Джейкобсу и Саре Бертон, но подлинное восхищение у них вызывает Том Форд. «Потрясающая карьера — то, как он смог воплотить в жизнь все, что хотел, отвергая компромиссы, — говорит Мэри-Кейт. — От моды до кино — во всем ощущается его особенное видение».

То же самое можно сказать и о сестрах Олсен. Проведя 25 лет в свете прожекторов, развивая и во многом определяя само понятие «знаменитость», они четко осознают, кто они такие и чего хотят добиться. Возможно, их жизнь — не самый идеальный режим существования. «Немногие работают по 60 часов в неделю, — признает Эшли. — Мода не останавливается ни на минуту, и на нас ложится огромная нагрузка». Но после нашей беседы у меня не складывается впечатления, что сестры хотели бы заниматься чем-то другим. По крайней мере пока. «Чем бы вы ни занимались, невозможно думать об этом как о единственном пути, деле всей жизни, — говорит Мэри-Кейт. — В глубине души понимаешь, что все может поменяться. И если это произойдет, так тому и быть. Мы неплохо разбираемся в себе, и у нас есть чувство юмора. Это помогает».

Если бы можно было заглянуть на десяток лет вперед, каким вы видите свое будущее, интересуюсь я. Проделав путь от телевизионных поп-куколок до живого воплощения противоречивого стиля современности, какую новую планку возьмут сестры Олсен? Мэри-Кейт переглядывается с Эшли и смеется: «Если удастся окончательно повзрослеть — для нас этого будет уже достаточно».

ELLE Как бы вы охарактеризовали свой стиль?

МЭРИ-КЕЙТ Эксцентричный. При нашей работе нужно быть ­слегка чокнутыми. Я все время ношу униформу — черную.

ЭШЛИ Нам никогда не нравилось выглядеть нарочито сексуально. Думаю, что самым смелым нарядом, на который мы сможем решиться, будет брючный костюм.

ELLE вы меняетесь друг с другом одеждой?

М.-К. У нас куча общей одежды! Но есть вещи, к которым мы относимся немного собственнически.

ELLE Как насчет украшений?

Э. Дарим их друг другу на день рождения и на Рождество. Кроме того, у сестрицы было несколько щедрых поклонников!

М.-К. Сейчас мой самый щедрый поклонник — ты.

ELLE Говорят, вы никогда ничего не выбрасываете...

Э. Ни-че-го! Нам не нравится «избавляться» от вещей. Поэтому все — одежда, костюмы для клипов, в которых мы снимались в шестилетнем возрасте, — отправляется в кладовку.

Материалы по темам


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Оставайтесь в курсе новых событий в мире звезд, моды и красоты

Получать уведомления

X
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.