Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Герои сцены: секрет успеха «Гоголь-центра» Кирилла Серебренникова

Открытие «Гоголь-центра» Кирилла ­Серебренникова стало едва ли не главным культурным событием весны . Ольга Исламкина и Ольга Сипливая отправились за кулисы театра, чтобы понять, в чем секрет их успеха.

Герои сцены

Находясь в фойе «Гоголь-центра», не осознаешь, что вокруг — театр. Никаких мраморных лестниц, тяжелых портьер и портретов деятелей искусств в позолоченных рамах. Открытое пространство, свисающие провода, напоминающие скорее элементы декора, чем незаконченный ремонт, стены, выложенные кирпичом, и фотографии театральных режиссеров в полный рост, произносящих яркие фразы, которые, как в комиксе, заключены в «цитатное» облачко. «Пускай будут ошибки, пускай все необычно, крикливо, страстно до ужаса, скорбно до потрясения и паники, все-таки все это лучше «золотой середины», — наставляет Всеволод Мейерхольд, и фраза, видимо, выбрана не случайно. Делу тут отдаются со всей страстью.

Налево — стойка «ресепшен». Направо — диджейский пульт и книжный магазин. Прямо — кафе, куда может зайти любой желающий, не предъявляя билет на входе. Между столиками носится веселый, задорный, но немного застенчивый джек-рассел-терьер Лелик — местный любимец. На мягких диванах сидят молодые ребята с макбуками — некоторые из них актеры, другие ждут, пока откроется книжный. Кириллу Серебренникову, кажется, удалось изобрести телепортацию: «Гоголь-центр» — это абсолютно европейское место в центре Москвы. «Нам хотелось создать театр для города, театр для людей. Пространство для общения, где и молодежь, и зрители старшего поколения могли бы найти что-то для себя». Серебренникову это, безусловно, удалось — о «Гоголь-центре» пишут и говорят, а билеты раскуплены на месяц вперед. Несмотря на свисающие провода и протекающую с середины прошлого века крышу.

На февральской церемонии открытия стало совершенно очевидно, что о Театре имени Гоголя, который существовал до недавнего времени, придется забыть. Репертуар изменился кардинально: вместо традиционных постановок в «Гоголь-центре» дают «Митину любовь» Владислава Наставшевса и «Метаморфозы» Давида Бобе. Алла Демидова читает стихи, а День святого Валентина отмечают «Песнями о любви». Нет единой труппы как таковой, есть резиденты. Под модным иностранным словом скрывается театральный коллектив самого Серебренникова «Седьмая студия», танцевальная компания Dialog Dance, дважды обладатель «Золотой маски» за лучший современный танец, музыкальная студия SounDrama и труппа Театра имени Гоголя. Как сосуществуют на одной сцене настолько непохожие друг на друга коллективы, представить сложно — это надо видеть. Для открытия каждый из резидентов поставил свой собственный спектакль. Объединяло их время и железная дорога, как ось, разделявшая зал на две части. Точкой отсчета служила полночь, 00.00 — символ начала и псевдоним Николая Гоголя-Яновского (по количеству букв «о» в имени и фамилии). Ночь была отдана артистам старшего поколения. Утро — Dialog Dance. День и вечер поделили между собой «Седьмая студия» и SaunDrama. Ностальгическая и пронзительная до слез «ночь» сменилась современным балетом, затем последовала зарисовка о смерти и всепобеждающей любви, и закончилось представление грандиозным музыкальным спектаклем, где в роли оркестра выступала SounDrama, а инструменты им заменяли отбойные молотки. «Сначала все работали автономно, — рассказывает Серебренников. — А потом стали знакомиться. Самые трогательные моменты происходили, когда актеры передавали друг другу микрофон. «Здравствуйте, я Светлана Михайловна». — «А я Риналь. Очень приятно». Светлана Бра­гарник — народная артистка России, проработавшая в Театре имени Гоголя больше сорока лет. «Молодые ребята славные и воспитанные, удивительно. Трений у нас нет, — рассказывает Брагарник. — Но поначалу, когда случился этот переворот, было ужасно больно. Репертуар убит, актеры оказались в подвешенном состоянии. Только после общения с Кириллом я поняла, что он пластичный человек, он тоже учится. А после открытия увидела, что мы говорим на одном языке». Сейчас практически весь состав труппы занят в новых спектаклях. В этом сезоне в «Гоголь-центре» шесть премьер, и большинство из них априори вызывает поддержку критиков.

image

Слева направо: сидят ­Евгения Афонская и Риналь Мухаметов («Седьмая студия»), Светлана Брагарник и Ирина Выборнова (Театр им. Гоголя); стоят Екатерина Стеблина и Светлана Мамрешева («Седьмая студия»), художественный руководитель Кирилл ­Серебренников, Алиса Эстрина и Павел Акимкин (SounDrama)

На Евгении: жакет, Roi et Moi; брюки, топ, все — H&M; туфли, Manolo Blahnik;

на Ринале: жилет, ботинки, все — Dior Homme; джинсы, Levi’s; футболка, H&M;

на Светлане: жакет, топ, все — Elena Miro; юбка, Giorgio Armani;

на Ирине: жакет, Sportmax; юбка, Schumacher; туфли, Manolo Blahnik;

на Екатерине: комбинезон, Max Mara; туфли, Miu Miu;

на Светлане: рубашка, Joseph; брюки, Mango; туфли, Christian Louboutin;

на Кирилле: все — собственность Кирилла;

на Алисе: платье, Dior; жакет, Roi et Moi;

на Павле: пиджак, Joop!; сорочка, Van Laack; брюки, H&M; ботинки, Giorgio Armani

Риналь Мухаметов — актер «Седьмой студии», двадцати семи лет от роду, красоты невероятной, с чуть заметным, очень трогательным дефектом речи, который полностью исчезает на сцене. Именно его съемочная группа ELLE встречает одним из первых. Риналь стремительно движется по коридору в нижнем белье, напевая что-то поставленным голосом. Стилисты теряют дар речи и начинают нервно хихикать при виде идеально сложенного актера. Во время учебы в Казанском театральном училище Мухаметов подрабатывал танцором в клубе. А потом все бросил, уехал в Москву и поступил в школу-студию МХАТ на курс Серебренникова.

В это время в гримерной актрисы увлеченно обсуждают только что прошедшую премьеру «Митиной любви».

«Но как он это все решил, уму непостижимо! Потрясение! Жизнь прожита зря!» — гремит Ирина Выборнова, актриса из труппы Театра имени Гоголя, блондинка с густым хриплым басом.

«Мы вышли со ­спектакля — мальчики плакали ­больше, чем девочки. У них истерика была: «Очищение души-и-и», — передразнивает коллег Катя Стеблина, обаятельная брюнетка, которую визажисты превратили в голливудскую диву. — Они, как птички, сидят на жердочках весь спектакль!» Они — это актеры «Седьмой студии» Александра Ревенко и Филипп Авдеев, которые 1 час и 20 минут спектакля практически парят в воздухе.

«Наставшевс — потрясающий режисер. Строгий. Как же хорошо... — выдыхает Брагарник. — Детки такие счастливые, им повезло».

И они начинают взахлеб цитировать спектакль, рассказывать друг другу выбранные для грядущей постановки стихи («Я буду читать «Нефертити» Евтушенко. Хочу, чтобы с юмором», — ерничает Ирина), хвалить Серебренникова и подтрунивать над ним. И непонятно, кому повезло больше: актерам, которые работают в этом удивительном месте, или нам — зрителям.


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.