Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Федор Бондарчук: о русском кино, отношениях с отцом и любви к людям

Ко дню рождения режиссера, снявшего блокбастеры «9 рота», «Обитаемый остров» и «Сталинград», ELLE собрал самые яркие цитаты из его интервью журналу ELLE разных лет

Федор Бондарчук

Все циклично и периодично, но сейчас пришло время пересказывать истории другим языком. Скорость и доступность информации такова, что удивлять сегодня аудиторию нечем вообще. Значит, надо предлагать современный язык и прочтение. Правда, наш зритель к своей истории и своим символам относится очень консервативно, и любая свобода творчества рискованна для авторов.

Есть история про советского майора, которого долбанула молния, и он начинает летать — «Белый орел». Все это происходит во Вторую мировую войну. Если бы такое литературное произведение или сценарий был написан в Голливуде, уже появился бы герой вроде Капитана Америки. У нас же даже «легкий» молодой зритель, который смотрит американское кино, с трудом воспринимает попытки российских режиссеров отнестись свободно к теме Великой Отечественной войны. И, наверное, это правильно — мы все-таки очень разные.

Был известный, не скажу скандал, хотя, наверное, скандал, когда «Войну и мир» переделали, как «Библию для маленьких», в небольшую книжечку. Убираем рассуждения Андрея Болконского о его предназначении, оставляем несколько балов у Элен Курагиной, захватывающие батальные сцены, затем пожар в Москве и делаем, так сказать, комикс. Это, с одной стороны, адаптация литературы для сегодняшнего читателя. С другой — разве можно таким образом прочесть и понять «Войну и мир»? Я подобный подход категорически не приветствую. А адаптировать классику изобразительно с учетом нынешнего времени — совсем другое дело.

Большая литература ценна тем, что она исследует человеческую душу. Фраза «Тварь ли я дрожащая или право имею?» так же актуальна, как и во времена Достоевского. Выглядим мы по-другому, а что нас терзает, мучает, о чем мы задумываемся, уже описано у Шекспира или Пушкина. Все повторяется, ничего не изменилось.

То, что мое творчество вызывает такие полярные оценки, — что ж, я привык. И даже рад. Мне не хочется, чтобы обо мне судили: «Ну это что-то среднее. В общем-то, неплохо, да и не особенно хорошо». После фильма «Даун-хаус» мнения тоже полярно разделились. Кто-то говорил: «Гениально», — а кто-то плевался. С народной славой это не такой уж простой вопрос. А клипы я снимал, рекламу — тоже все для народа.

Федор Бондарчук фото 2

Я поздний ребенок. У меня было мало времени для общения с отцом. И люди, которые на памятном V съезде Союза кинематографистов обрушились на него, еще сократили время этого общения. Только за одно это я ненавижу этих «деятелей». А на их мнение мне глубоко наплевать. Где они сейчас? Кто о них помнит? А фамилия Бондарчук существует и всем известна.

Я крайне не люблю интервью под девизом: «Я дома в тапках». Что, народ любит? Но я-то не люблю! Или еще супержанр — я в трусах на обложке. Или репортаж: вот здесь я пью чай, а здесь стригу газон. У народа есть масса других героев, которые готовы поделиться такими подробностями. Желающих на самом деле очень много. Просто мне это не нужно — рвать на груди рубаху, впускать толпы в свой дом, в свою жизнь. Кому-то это нужно для того, чтобы оставаться на плаву. Чтобы о тебе помнили. Не можешь взять публику своими работами — покажи жену в прозрачном пеньюаре. Не можешь похвастаться творческими результатами — предъяви себя в исподнем. Или детей всюду таскай как рекламный плакат. Да, я своих детей не люблю показывать. Зачем им это и кто они такие, чтобы на них обращали внимание? Детей такие вещи портят. Они с малых лет должны понять, что самостоятельно обязаны чего-то добиться в жизни.

Признаюсь вам, очень люблю людей. Серьезно. И мне неприятно им отказывать. Потому что журналист, например, может подумать, что это я лично его не уважаю. И как им объяснить, что мне неприятно, когда лезут в мою семью. И предлагают, например, материал «24 часа с Федором Бондарчуком». Как объяснить, что мне это неинтересно?

У меня пунктик: терпеть не могу сломанные вещи. Ненавижу бардак, развал, грязь. Мне всегда хочется сказать: «Люди, вы бы не водку пили, жизнь проклиная, а лучше бы пол мыли». Но тут мне трудно кого-либо судить. Скажут: «Он лучше бы уж помалкивал».


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.