Звезды

Читайте в разделе Звезды на ELLE.ru эксклюзивные интервью с известными людьми, истории успеха, цитаты и правила жизни известных людей.

Эксклюзивное интервью ELLE: Антон Беляев

О группе Therr Maitz, семье и перфекционизме

Он называет себя чокнутым карьеристом — и это чистая правда. Антону Беляеву хватило двух лет, чтобы из известного в узких кругах музыкального продюсера стать одним из самых харизматичных героев отечественной сцены.

Антон Беляев

Свитер, H&M

ФОТОArseny Jabiev

Беляев ворвался на российскую сцену два года назад: в 2013-м был одним из самых ярких участников шоу «Голос» на Первом канале и блистательно дошел до полуфинала. Он покинул проект, будучи обреченным на успех, — однако сольной ­карьере предпочел собственную группу Therr Maitz. Своему выбору он остается верен до сих пор. Сегодня его музыка звучит в рекламных роликах и в эфире радиостанций, а выступления (которых иногда бывает по сорок штук за месяц) собирают многотысячную аудиторию. Казалось бы, можно начинать почивать на лаврах… Но нет. Неугомонный артист готов покорять новые вершины. 8 октября Therr Maitz дадут большой концерт на сцене Crocus City Hall.

«Мы готовим совершенно новую программу, с симфоническим оркестром, дирижировать будет товарищ Игорь Разумовский, — с энтузиазмом делится Антон. — Будут даже саксофон и губная гармошка… И много-много электроники!» Он не скрывает, что его главная любовь — это музыка, не делает вид, будто ему не нравится, что его узнают на улицах. Подтверждаем: за время нашей беседы к нему несколько раз подходили люди, и Беляев с удовольствием общался и фотографировался с поклонниками, а кого-то сам снимал на видео и тут же выкладывал в социальные сети. И в его поведении не было ни намека на снисходительность. Он вообще ведет себя подчеркнуто просто и даже к неотъемлемой части своего имиджа — очкам в толстой оправе — относится иронично. На вопрос, какое у него зрение, без стеснения отвечает: «Вообще-то единица, просто так я выгляжу умнее». Охотно признается, что название своей группы придумал после продолжительной пьянки, на заре карьеры, когда еще жил в Хабаровске: «Его никто не может правильно прочесть, потому что оно ничего не обозначает. Но зато там есть раскатистое «р-р-р» — как в правильной собачьей кличке». Беляев вообще много шутит, даже когда говорит о серьезных вещах, — и это в нем окончательно подкупает.

ELLE Антон, вы говорили, что пришли в свое время на проект «Голос» из-за желания много и качественно работать — а вовсе не из-за жажды славы. И все-таки она на вас, можно сказать, свалилась.

АНТОН БЕЛЯЕВ Да, и сейчас я в полной мере могу оценить, как она работает. Ее можно воспринимать как побочный эффект, как инструмент, как неотъемлемую часть моей работы. Я не буду лукавить, иногда слава — это довольно приятно, и она помогает мне заниматься своим делом. У меня и правда не было цели стать персоной, которую все знают. Просто у меня лежала на полках музыка, которая затухала, покрывалась плесенью, — а мне очень хотелось ее играть. Не для сотни человек, не для тысячи, а для более обширного круга людей. И в итоге так и получилось. А все остальное я иногда с радостью, а иногда, чего греха таить, и с усталостью принимаю.

ELLE А пристальное внимание к личной жизни не тяготит?

А.Б. Либо оно не настолько пристальное, либо я просто не замечаю этого! Я, конечно, иногда вижу, что где-то про меня пишут ерунду. Или мама порой прочитает о своем любимом и лучшем на свете сыне какую-то грязную утку и распереживается. Но мама на то и мама: поволнуется два дня и успокоится.

ELLE То есть вам не пришлось себя никак ломать? Мучительно привыкать к чему-то?

А.Б. Жизнь в принципе невозможна без компромиссов — но ни одна из тех уступок, на которые мне пришлось пойти, не была критична для моего стержня, ядра. Это когда у тебя есть какое-то сформировавшееся мнение о самом себе, когда ты понимаешь, кто ты такой, и запрещаешь себе быть другим. Когда есть такая программа, становится значительно проще жить. Я не нахожусь в конфликте с окружающим миром, и люди относятся с уважением к тому, что я делаю, — поэтому все нормально.

Антон Беляев фото

Пиджак, Emporio Armani; футболка, ­собственность Антона

ФОТОArseny Jabiev
Меня ­устраивает роль ­вожака. Несмотря на то, что это тяжкое бремя

ELLE Вы всегда таким принципиальным были? Или это приобретенное?

А.Б. Глупо скрывать, у меня был довольно мутный период в жизни. Я тогда был подростком, жил в Магадане, имел кое-какие проблемы с законом и очень много врал. Приходилось постоянно как-то извиваться, и это было жутко некомфортно. На это вранье уходило слишком много сил. И со временем я пришел к мнению, что нужно проще ко всему относиться. Сказать: «Пошел на…» вместо: «Окей, я перезвоню, когда все сложится». Не хочется с людьми плохо поступать, но жить с постоянной оглядкой на чужие интересы довольно сложно. Особенно когда у тебя в голове есть луч, который тянет тебя в определенную сторону. Вот и получается, что я иду вперед, а вокруг падают условные трупы. Мне кажется, с теми, с кем я работаю, с кем дружу, — с ними у меня получается находить общий язык. При этом все знают, что я — говно. Да я и сам это охотно признаю! Но мы с этим живем: я открыто действую в общих интересах.

ELLE А чего бы вы себе никогда не позволили?

А.Б. Это прозвучит грубо! (Смеется.)

ELLE Тогда давайте попробуем сформулировать помягче.

А.Б. Я не готов делать вещи, которые не позволяю себе в обычной жизни. Например, я не готов, пообещав что-то кому-то, начать делать это с кем-то другим просто из-за денег. Я никогда таким образом не зарабатывал. Не по-пацански это. И не потому что я такой честный — просто я знаю, что за все наступает расплата, и потом мне с этим придется жить, смотреть в пол. Я знаю, как это тяжело, и добровольно я себя не поставлю в такую ситуацию.

ELLE Но наверняка же есть какой-то азарт: дать побольше концертов, заработать побольше?

А.Б. Как-то раз за одну неделю мне позвонили пять разных промоутеров, и у всех был один текст: «Давайте мы организуем вам концерт в Кремле». И вот это была, пожалуй, квинтэссенция скотства. Конечно, мы порой из жадности и по 40 концертов в месяц даем — это же деньги! Но люди, которые предлагают мне организовать выступление в сидячем зале, плевать хотели, что мы играем совершенно не подходящую для этой площадки музыку! Нет, ну вы представляете дабстеп в Кремле? Им плевать, какое впечатление будет у людей после концерта, им просто хочется срубить как можно больше капусты — и все. Я так не играю. Но, к сожалению, многие артисты попадаются на эту удочку.

ELLE Вы всегда говорите о себе в контексте Therr Maitz. Неужели никогда не хотелось попробовать себя в качестве сольного исполнителя?

А.Б. У меня есть фантазия — записать альбом в стиле эмбиент, и я прекрасно понимаю, что это будет выбиваться из формата моей группы. Поэтому, если руки когда-нибудь дойдут, наверное, это будет сольный проект. Сейчас же меня вполне устраивает моя сегодняшняя роль — вожака. Хотя, конечно, это бремя. Мне бы гораздо спокойней жилось, если бы я ни за что не отвечал в этой группе, а просто стоял на сцене и пел, этакий красавец. А получается, что я занимаюсь менеджментом этого предприятия. Это мешает, но иначе я и не могу уже — это ведь детище мое, и любое движение здесь в счет. Корявый пост в инстаграме, плохой дизайн концертной афиши — и все, вы уже катитесь по наклонной. Это тяжкая работа на многих уровнях, не только музыкальном.

ELLE Но у вас есть верный помощник и соратник — ваша жена Юлия, она же директор группы. Как удается сохранять баланс между работой и семейной жизнью?

А.Б. Мы с Юлей искренне стараемся сделать так, чтобы у нас было свободное время, когда мы занимаемся чем-то, не связанным с работой. Но получается не всегда, конечно: иногда вдруг всплывает из ниоткуда какая-то тема, мы начинаем ее обсуждать и остановиться уже не можем, потому что оба переживаем не на шутку. И вот когда ты понимаешь, что весь свой законный выходной с любимой женой потратил на решение рабочих вопросов, становится обидно. Впрочем, я помешан на карьере, поэтому ни у меня, ни у моей жены выбора особенного нет. Это происходит — и все.

Антон Беляев

Пиджак, Emporio Armani; футболка, ­собственность Антона

ФОТОArseny Jabiev

ELLE А если Юлия захочет самовыражения отдельно от Therr Maitz? Отпустите в свободное плавание?

А.Б. Конечно, Юля переживает. Она журналист, и ей пришлось оставить профессию ради моей группы. Но такие мысли посещают ее, когда у нее появляется слишком много свободного времени. А это, к счастью, бывает не так часто! (Смеется.) На самом деле где-то внутри я готов к тому, что однажды она оставит все эти дела, чтобы заняться собой, — хоть и понимаю, что она незаменимый человек и мне без нее будет нелегко. Но, как и любой нормальный мужчина, я хочу, чтобы жена моя была счастлива, довольна своей жизнью и занималась тем, чем ей хочется. Писала статьи или, например, на серфе каталась.

Амбиции заканчиваются, когда иссякают силы. А они у меня еще есть

ELLE Вы выросли в Магадане, некоторое время прожили в Хабаровске — прежде, чем перебраться в Москву. Часто вспоминаете те времена?

А.Б. А что их вспоминать, я там до сих пор регулярно ­бываю! Недавно вот были там на гастролях. Магадан прекрасен: там все очень тепло и бодро. А вот Хабаровск — это, конечно, совсем другая тема. Там есть и близкие друзья, и те, кому просто нравится, что я делаю. Добра там достаточно. Но есть и категория людей, которые внимательно наблюдают за мной и только и ждут, когда же я споткнусь. И вот для них каждое твое успешное действие подобно занозе в заднице: для них все плохо, все по блату. Но, с другой стороны, именно эти люди постоянно подстегивают их наказать — по сути, для меня они являются своеобразным двигателем. Очень обидно, когда ты честно тратишь на что-то свои силы и здоровье, не спишь месяцами, пишешь песни, даешь концерты... А потом какая-то свинья пишет, что ты сделал какую-то фигню. После такого очень хочется сделать так, чтобы свинья ощутила: это еще не конец.

ELLE Хорошо, тогда что же дальше?

А.Б. Сейчас, например, я занимаюсь продюсированием фильма. Это мелодрама, главную роль в которой играет музыка — а точнее, русские песни, проверенные временем хиты. Для меня это довольно интересное соревнование с самим собой, потому что русская поп-музыка — не совсем моя тема. Так что я задался целью все это поставить с ног на голову, написать новые аранжировки, найти к этому материалу необычный, свежий подход. Порой радикально отличающийся от привычного. Исполнять песни будут Алена Тойминцева, Тина Кузнецова, Андрей Гризли, другие ребята из «Голоса»… И я. Не сказать, чтобы стремился оказаться в кадре, но на этом настояли. Я и сам еще не уверен, что буду на сто процентов доволен результатом, но мне кажется, что понаблюдать за этим перерождением известных всем песен будет как минимум любопытно.

ELLE А куда еще ведут вас ваши амбиции? На ­Запад, например, поглядываете?

А.Б. Это несущественно! Мне, скорее, хочется бесконечно расширять аудиторию Therr Maitz. Чтобы каждый человек, живущий на этой планете, хоть раз услышал музыку группы и решил: нравится она ему или нет. И, конечно, хотелось бы, чтобы понравилась. А то, что мы поем по-английски, — наверное, это такая извращенная форма патриотизма. Я никогда не мечтал жить на Брайтон-Бич, мне нравится Москва — это классный город! У меня есть желание не им где-то там что-то доказать, а донести до наших людей, что музыка нужна и что она далеко не ограничивается той попсой, что играет по радио. Хочется создать такие условия, чтобы мне здесь, в моей стране, было комфортно жить и работать. Чтобы сюда, в Россию, приезжали люди со всего мира ради какого-нибудь сказочного музыкального фестиваля или концерта местной группы. Амбиции заканчиваются там, где иссякают силы. А они у меня еще есть.

ELLE Прямо сейчас, положа руку на сердце, вы можете назвать себя успешным музыкантом?

А.Б. Думаю, мы неплохо развиваемся! Но это очень опасные ощущения. Сегодня все круто, и дай бог, чтобы я и дальше видел, что людям не плевать на то, что мы делаем. С другой стороны, я никогда не чувствую абсолютного удовлетворения: мне постоянно кажется, что получилось недостаточно хорошо, не так, как я хотел, и люди больше не придут к нам на концерт. И начинается очередной круг поисков, копаний, короткий момент эйфории… Ну а дальше все по новой.

ELLE Вы страшный перфекционист. Вам вообще хоть когда-нибудь удается с собой договориться?

А.Б. Это невозможно! Я нахожусь в постоянном конфликте с собой. Это непрекращающееся испытание. Сейчас меня, например, смущает, что у моей группы нет за плечами 20-летней истории, которая позволила бы нам, паразитируя на старых заслугах, чувствовать себя уравновешенно. Потому что пока что мы все еще должны доказывать, что имеем право на существование, на эмоции тех, кто слушает нашу музыку. А через двадцать лет, наверное, мы будем сидеть и думать о том, как бы нас не забыли завтра, потому что мы старые и никому не нужные. Думаю, всегда найдется повод для переживаний!

Смотрите ELLE ФАКТЫ с Антоном Беляевым.


Подпишитесь на нашу рассылкуРассылка ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE
Поздравляем!
Вы успешно подписались на рассылку ELLE Decoration
Извините, произошла ошибка!
Попробуйте еще раз
Поздравляем!
Вы успешно активировали свою учетную запись и теперь можете использовать все преимущества Women's Network
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно.
Добро пожаловать!
Регистрация прошла успешно. К сожалению, данный аккаунт не активен. Активируйте его по ссылке в письме. Также вы можете создать новый аккаунт.